Анна Платунова - Время нечисти. Мистические истории

Время нечисти

Мистические истории

Авторы: Лисенкова Ольга, Данген Виктория, Зорин Виктор, Искварин Валентин, Искварина Александра, Клир Елена, Остромина Арина, Платунова Анна, Роз Рената, Слауцкая Ольга

Редактор Ольга Лисенкова

Дизайнер обложки Рената Роз

Корректор Арина Остромина

© Ольга Лисенкова, 2021

© Виктория Данген, 2021

© Виктор Зорин, 2021

© Валентин Искварин, 2021

© Александра Искварина, 2021

© Елена Клир, 2021

© Арина Остромина, 2021

© Анна Платунова, 2021

© Рената Роз, 2021

© Ольга Слауцкая, 2021

© Рената Роз, дизайн обложки, 2021

Вступительное слово

Многие персонажи славянской мифологии известны нам из сказок, однако современные представления о них зачастую искажены. Наши предки верили, что мир вокруг населён самыми разнообразными существами, куда ни кинь взгляд: свой дух может быть у любого ручейка, у любой постройки. Разумеется, большинство таких «соседей» недоброжелательны, и люди вынуждены прилагать усилия, чтобы с ними ладить.

Особенно близки к грани между мирами живых и мёртвых (или мирами человеческим и нечеловеческим) оказываются те, кто пересекал её недавно,  младенцы и дети; те, кто прожил долгую жизнь,  старики и старухи; а ещё те, кто заглядывает за эту грань,  беременные женщины.

Что может быть интереснее, чем нырнуть в мифологию и на основе этих мотивов создать современные мистические истории?

Мы начали работу над сборником в 2019 г. Первой отозвалась Александра Искварина, наш постоянный автор, и её рассказ вы прочтёте первым. В 2020 г. Александра ушла из жизни. Это стало для нас ударом. Наш сборник мы хотим посвятить её памяти  с любовью и болью в сердце.

Гореть не страшно

Александра Искварина

Горячо. Так горячо и больно. И так хорошо. Так может быть? Так должно быть? Видеть эти глаза  и гореть гореть и умирать гореть не страшно

 Большаков. Не ходи послезавтра на футбол.

 Чего-о? Отвянь, Шутихина. Да чего ты вцепилась!

 Не ходи, говорю. Умрёшь.

 С-совсем больная?! Отвали, говорят!

 Большаков!..

Откуда взялся этот микроавтобус? Вылетел из-за сугробов и нёсся, визжал клаксоном прямо на Кольку. Катя застыла, не в силах больше ни кричать, ни бежать, ни дышать. Внутри разлилось горячее, душное, густое отчаяние, тело будто закоченело.

А он, вместо того чтобы шагнуть обратно на тротуар, обернулся и смотрит на неё, мимо неё, сквозь неё

Поздно. Всё  поздно.

Кто-то кричал. Кто-то отпихнул девчонку с дороги прямо в сугроб. Собралась толпа. Глухо выла сирена скорой.

Сколько Катя просидела в снегу? Одежда вымокла и одеревенела на морозце. Катя не стала смотреть, как безжизненную куклу Колю загружают в машину. Пересилила стылое равнодушие. Выбралась на тропу, пьяно виляющую по спине погребённого под снегом тротуара. Добрела до дома. И только в подъезде её накрыло, да так, что не осталось сил шагнуть на ступени.

 Что ж ты за дебил-то, Колька Большаков!  шипела она сквозь зубы, задыхалась, цеплялась за перила, давилась клокочущим в груди горячим бешенством.  Я же говорила тебе! Я же тебе говорила!

Два дня назад она пыталась предупредить его. Но кто ж будет слушать Кутихину-Шутихину? Сначала поржал, потом обругал, потом толкнул так, что Катя грохнулась на пол: до сих пор копчик ломит Ну и кто теперь дебил, а, Большаков? Кого теперь в морг увезли?

Катя обессиленно привалилась спиной к изрисованной маркерами стене под лестницей. Зажмурилась, но слёзы так и остались где-то внутри, дрожа раскалённым свинцом за грудиной.

Горячо так горячо

Почему она не смогла убедить его? Ведь он даже поверил на секунду, испугался. Потому и толкнул её так сильно. Она видела его глаза. Красивые, тёмно-серые, обрамлённые густыми чёрными ресницами  распахнулись так широко, на дне плеснула жуть Почему она не заговорила с ним ещё раз? Пусть бы злился! Нет  струсила. Ни на что не годная. Как всегда. Бессмысленная уродина.

Кто-то зашёл в подъезд, и Катя метнулась по лестнице на свой второй этаж, влетела в квартиру, захлопнула дверь. Хорошо, что родители днём на работе. Катя стянула мокрую одежду, кое-как развесила по батарее сушиться. Забралась в свою комнату, забилась в угол между стеной и шифоньером, вытянула из-под него коробку, вцепилась в спицы. Из-под пальцев потянулось странное несимметричное кружево, тёмно-багровое с белым. Нити сплетались сами собой, а Катя смотрела невидяще.