Всего за 579 руб. Купить полную версию
Но их что-то изнутри гложет. Фантомные боли какие-то. Наверное, о том мире, когда можно было сесть в электричку, выехать за город и разбить там палатку у тихой речки. Или поехать через всю Европу на машине, останавливаясь в случайных городишках. А то и отправиться куда-нибудь ну, допустим, в Африку или Азию. В Азию! Ха-ха! В Китай! Или на Килиманджаро взобраться.
Они всё это получить не успели и уже никогда не получат. А могли. Даже если не собирались, то знали, что всё это возможно. Пляжи Гоа, Великая Китайская стена, египетские пирамиды
Те, кто помладше, на это уже и не рассчитывали, им это словно мечта в Крестовом походе поучаствовать или с Робин Гудом в Шервудском лесу поразбойничать. У них и не болит.
Нашли что-то интересное, Анастасия? спросил Михаил. Ну надо же, он весь наш состав в лицо знает.
Ничего особенного, Михаил. Анастасия взяла ещё один пакетик, скальпель и принялась вырезать фрагмент кожаной столешницы. Всё выглядит именно так, как в рапорте Дениса. Мне только кажется, он мог бы и увернуться от восставших. Но я не оперативный сотрудник, и это не моё дело. А что вы хотели посмотреть?
Компьютер, бумаги сказал я.
Жёсткий диск уже изъяли, часть бумаг тоже. Анастасия пожала плечами. Смотрите сами. Мне ещё на четверть часа работы. Царица велела всё по полной программе запротоколировать.
Мы с Михаилом переглянулись. Я кисло поморщился.
Да, непонятно, что теперь тут искать. Это только в кино попавший в тупик следователь приезжает на проверенное и осмотренное место преступления, после чего находит там самый важный документ, незамеченную гильзу или отпечаток пальца.
В жизни такого не бывает.
Для порядка и из упрямства я всё же порылся в столе, натянув протянутые Анастасией перчатки. Проглядел какие-то оставшиеся бумаги, посмотрел на своём планшете пару мелких флэшек, валявшихся в мусоре, пролистал книжки со стола.
Ничего ценного тут не было.
Было немного рабочей переписки судя по ней, моложавый профессор занимался именно тем, о чём нам говорили, ветрянкой. Было немного финансовых документов, из которых следовало, что профессор человек не бедный, но и богачом его не назвать. На флэшках нашлась коллекция старой японской анимации, включая запрещённый по закону о нравственности хентай. Ну, как по мне невелико прегрешение.
Ежедневник с плохонькими стихотворениями. Похоже, покойный баловался любовной лирикой.
Книжка вульгарно-философских рассуждений о восставших с пометками Томилина. Может, вирусолог он был и великий, но подчёркнутые рассуждения мне показались банальными.
По хорошей привычке, которой меня научил один старый сотрудник, я достал бумагу из подающего лотка принтера и перевернул. Так и есть, для черновой печати профессор использовал оборотную сторону напечатанных листов. На десяти первых я обнаружил исчирканный правками черновик статьи «Моя жена кваzи», довольно любопытной сама по себе, но никаких сенсаций не содержащей. В основном рассуждения о том, как хороши кваzи. Может, уже и опубликована где-нибудь Я мельком глянул на текст, испытывая некоторую неловкость покойный профессор действительно любил свою кваzи-супругу, заказавшую его смерть.
Впрочем, она ведь тоже любила его. По-своему. Насколько это возможно для мёртвых. Как писал бедолага Томилин «не знаю, что было для неё большей страстью я или наука, наверное, она не воспринимала нас раздельно».
Листы я сложил пополам и спрятал в карман пиджака, чтобы поглядеть на досуге. Не по работе, просто из болезненного любопытства: что испытывал человек, делящий постель с нежитью?
Михаил побродил по кабинету, потом на время скрылся в спальне, в ванной комнате, на кухне Ему перчатки не требовались, кваzи не оставляют отпечатков пальцев.
Царица что-то конкретное говорила? спросил я у Анастасии. Та тоже заканчивала, паковала все образцы.
Девушка покачала головой:
Нет, Денис. Сказала, что ей не нравится это дело, особенно после бегства Виктории.
Не боялась, что кваzи сюда придёт?
Анастасия посмотрела на меня с удивлением.
И что? Задержать я её не смогу, и пробовать бы не стала. А нападать на меня зачем это ей?
Так ей и бежать смысла не было, заметил я.
На мгновение мне удалось её смутить. Потом Анастасия похлопала себя по поясу через хрустящий белый комбинезон.
Обойма с разрывными. Остановит любого кваzи. На время.