Всего за 389 руб. Купить полную версию
К сожалению, советская разведка работала очень плохо. Для примера приводится фрагмент карты, составленной по донесениям командования СОР. На ней, под Севастополем показаны и 46-я пд, и 132-я пд, и 170-я пд, и даже 30-я дивизия СС. Зато показан уход 50-й пд и 24-й пд, которые, по факту, оставались на месте.
В этот день командование СОР получило телеграмму командования Кавказского фронта, в которой говорилось:
«1. Директивой от 30.XII.41 г. Вам была поставлена задача о переходе с утра 31.XII.41 г. в наступление Приморской армии.
2. Директивой от 31.XII.41 г. первая задача подтверждалась указанием создания ударных кулаков на важнейших направлениях и организацией десантов с целью охвата флангов западного и юго-восточного побережья Крыма. Было приказано предоставить мне к 23.00 31 декабря план операции. Изложенное Вами не выполнено полностью без объяснения причин. Вы сообщили 1 января, что Вами решено провести последовательные захваты отдельных рубежей и две десантные операции на Евпаторию и Ялту.
Поставленные в моих директивах задачи путем последовательного захвата отдельных рубежей Вы не решаете. Требую с утра 4 января перейти в решительное наступление по всему фронту СОР, используя высадку десантов в пунктах по Вашему усмотрению, не отрывая средств, выполняющих основные задачи по перевозке войск. Конкретный план наступательной операции донести точно к 15.00 3.01.42 г. Получение подтвердить. Козлов. Шаманин».
В течение всего января советская артиллерия вела беспокоящий огонь (противник отмечает «в том числе и тяжелым калибром») и совершала налеты на позиции немецких войск (в среднем 57 самолетов в день). Немецкая авиация вела себя пассивно, артиллерия вела огонь только на поражение, в случае атаки советских войск (как пишет противник, из-за нехватки боезапаса).
2-го числа началась отправка частей 132-й пд под Феодосию. По состоянию на эту дату позиции покинула артиллерия 132-й пд, 436-й и 437-й пехотные полки. Ее позиции занимала 22-я пд, растягивая свой фланг влево, и, частично 50-я пд, растягиваясь вправо, до устья Камышловского оврага. Отправка 170-й пд планировалась на 4-е число[122]. Ее позиции должна была занять 1-я румынская ГСБр и частично 72-я пд.
В документах отдела 1С немецкой 22-й пд отмечен один перебежчик из 383-го сп[123]. Большое количество перебежчиков отмечается в 386-й сд. Несмотря на доклад военкома дивизии старшего батальонного комиссара Медведева о том, что «политико-моральное состояние дивизии нормальное» в этот день перебежало к противнику 7 человек (в основном, грузины). Количество перебежчиков, значительно снизившееся к началу второго штурма, в январе вновь возросло в связи с прибытием пополнения. Пополнение было очень разного качества. Основным недостатком пополнения была его слабая обученность.
03.01.1942 г.
(мороз, ясно, сухо)
С получением директивы штаба фронта, началась срочная подготовка к десанту в Евпаторию. В ночь со 2 на 3 января с фронта были сняты два батальона многострадального 383-го полка: 1-й (командир главстаршина Титочко) и 2-й (командир капитан Бондарь). Одновременно с этим, из остатков 8-й бригады морской пехоты были сформированы стрелковая и пулеметная роты, минометная батарея и саперный взвод. Остатки
2-го Черноморского полка морской пехоты были сведены в два батальона (командир полка капитан Н.Н. Таран). Из этих частей планировалось формирование нескольких эшелонов Евпаторийского десанта. Обычно пишут, что десант готовился заранее, десантники проходили спецподотовку.
Документы этот факт не подтверждают. Были готовы только спецподразделения: части Евпаторийского НКВД (милиции), части погранкомендатуры, партийные работники. Ударная группа десанта отсутствовала. Десант готовился наспех, с использованием тех частей, которые были под рукой. Причем, части эти в ходе предыдущих боев понесли тяжелые потери.
По факту, в первый бросок десанта ушло сводное подразделение, которое именуется «батальоном особого назначения к-на К.Г. Бузинова[124]». Его основу составляла рота 1-го батальона 383-го полка, которую пополнили отдельными подразделениями 8-й бригады и 2-го Черноморского полка. Остальные части планировались во второй эшелон. Основу второго броска десанта составили два сводных батальона 2-го Черноморского полка морской пехоты (командир полка Н.Н. Таран[125], командиры батальонов к-н А.А. Бондаренко[126] и к-н К. Подчашинский[127]).