Всего за 13.69 руб. Купить полную версию
Но какого черта? Какие мы Валерьян Борисычи! Никакие мы не Валерьян Борисычи! Но спорить с туземцами не хотелось, и я подумал: если капитан прикажет, мы все до единого дружно станем Валерьян Борисычами.
Между тем шляпа номер один продолжала махать когтистой лапой и весело лопотала:
- Мы так радуемся, когда на остров прибывает очередная партия Валерьян Борисычей, что просто не знаем, как выразить свое счастье!
- И мы тоже счастье выражаем, - сказал Суер и, обернувшись к нам, предложил: - Давайте, ребята, выразим свое счастье громкими кличами.
Мы не стали спорить с капитаном и издали несколько кличей, впрочем, вполне приличных. Кроме Пахомыча, который орал:
- Борисычи! А где же магарыч?
- Я надеюсь... - сказала шляпа номер один, - среди вас все истинные Валерьян Борисычи? Нет ни одного, скажем, Андриан или Мартемьян Борисыча? Не так ли?
- Ручаюсь, - сказал капитан, придирчиво осматривая нас. - Не так ли, хлопцы?
- Да, да, это так, - поддержали мы капитана. - Мы все неподдельные Валерьян Борисычи.
- Но мы маленькие Валерьян Борисычи, - влез в разговор лоцман Кацман, - небольшие Валерьян Борисычи, скромные.
Капитан недовольно поморщился. Лоцману следовало бы помолчать. Он сроду не бывал никаким Валерьян Борисычем, а как раз, напротив, по паспорту читался Борис Валерьяныч.
- Мы-то маленькие, - продолжал болтливый лоцман, - а вот он, - и лоцман указал на Суера, - он - величайший из Валерьян Борисычей мира!
Суер поклонился, и мы ударили в ладонь.
Самое, конечно, глупое, самое тупое заключалось в том, что я и вправду почувствовал себя Валерьян Борисычем и раскланивался на все стороны, как истинный Валерьян Борисыч.
- Дорогой Валерьян Борисыч, - сказал Суер, обращаясь к Главной шляпе, - позвольте и мне задать вопрос. Скажите, а вот эти люди, которые сидят в норках, все ли они истинные Валерьян Борисычи? Прошу говорить правду и только правду.
- Валерьян Борисыч, дорогой, - отвечала шляпа, - мы понимаем вашу бдительность и ответим на нее дружно, по Валерьян-Борисычески. Эй, вэбы, отвечайте.
Тут Валерьян Борисычи зашевелились в своих норках и хотели было вылезать, но Главношляпый крикнул:
- Сидеть на месте! Кто выскочит - пуля в лоб! Начинайте.
И один носатый из ближайшей норы неожиданно и гнусаво запел:
О, океан!
О, тысячи
На небе дивных звезд!
Все Валерьян Борисычи
Имеют длинный хвост
А хор из норок подхватил:
Имеют хвост, но он не прост,
Меж небом и землей он мост.
Гнусавое запевало выползло тем временем на второй куплет:
В душе изъян был высечен
На долгую науку.
Вам Валерьян Борисычи
Протягивают руку.
Все невольно отшатнулись, и даже Суер заметно побледнел. Он быстро оглядел нас и впер свои очи в меня.
- Валерьян Борисыч, - сказал он, похлопывая меня по плечу, - возьми руку друга из норы.
- Кэп, простите, меня тошнит.
Валерьян Борисычи в норках зашептались, заприметив наши пререкания.
- Ид, скотина, Валерьян Борисыч, - толкнул меня в спину Пахомыч. Иди, а то меня пошлют.
СУТЬ ПЕСКА
В этот момент меня покинуло чувство, что я немного Валерьян Борисыч, но - подчинился капитану. Я уважал Суера, вам, впрочем, этого не понять.
Любезно гримасничая, как это сделал бы на моем месте истинный Валерьян Борисыч, корявой походкой я тронулся с места и пошел некоторым челночным зигзагом.
- Он просто стеснительный, - пояснил лоцман Кацман. - Но истинный, хоть и мелковатый Валерьян Борисыч.
Подойдя к ближайшей кочке-шляпе, я схватил за руку какого-то Валерьян Борисыча и принялся тресть.
- Здорово, старый хрен Валера! - заорал я. - Ну, как ты тут? Все в норке сидишь? А мы тут плавали-плавали и на вас нарвались! Да сам-то хоть откуда? Я-то из Измайлова!
Схваченный мною Валерьян Борисыч тихо поскуливал.
- Ты с какого года? - орал я.