Двое лыжников бежали по удобной дороге, проделанной трактором. Лыжники подходили к почти отвесному обрыву. Внизу, на глубине не меньше двадцати метров, лежали черные глыбы земли, запорошенные грязным снегом. Над восточной частью обрыва нависали острые стволы серого камня. От них вниз падала густая тень.
Почти в центре глубокой ямы был виден полузасыпанный трактор. Около него на боку лежала деревянная будка. Из короткой трубы в ее плоской крыше шел легкий сизоватый дымок.
Около трактора стояло несколько человек. Двое пробирались в сторону нависших карнизом камней.
Лыжники подошли к самому краю провала. Один из них сложил трубкой ладони перед ртом и, изо всех сил растягивая гласные, закричал:
- Э-э-эй!!! Вы-ы там!!! Живы-ы?!
ГЛАВА ТРЕТЬЯ ЗАГАДКИ КАРСТА
1
Карнаухов совершенно не был смущен тем обстоятельством, что экспедицию едва не постигла случайная катастрофа. Наоборот, можно было подумать, что провал грунта доставил ему настоящее удовольствие. Молодой геолог говорил:
- Мы приехали сюда искать и изучать карстовые пустоты и невольно обнаружили еще одну, в дополнение к известным.
- На ловца и зверь бежит, - пошутил Царев.
- Да. И смотрите-ка, товарищи! - Карнаухов указывал на карандашные треугольники, отмечавшие на генеральном плане завода места пустот, обнаруженных шурфами и разведочным бурением. Куржаков уже отметил и место провала. Оно находилось почти в километре от границы строительной площадки. Карнаухов хотел указать на возможную общую связь пустот между собой. Ему казалосв, что они представляют единую систему. Та же мысль была и у Царева. Но более спокойный и сдержанный, чем Карнаухов, он решил перебить своего друга:
- Достой, Андрей! Не торопись, - сказал Михаил. - Я самым настоятельным образом прошу тебя. Никаких выводов. И не создавай гипотез, пока мы сами не убедимся. Давайте готовится к осмотру.
Новгородцев так же счастливо отделался, как и другие. Ведь нельзя же считать существенным пустяковый ожог левой руки. "Нечего было ему хвататься за печку", - говорил Куржаков, не взлюбивший представителя проектной организации.
Но, после того как путешественников вытащили из провала, Новгородцев пытался проявить большую решимость.
- Я предлагаю немедленно послать телеграмму. Площадка опасна для строительства. От нее нужно отказаться и выбирать новую, - убеждал Новгородцев геологов. Он думал встретить отказ. Елена спросила Новгородцева:
- Хорошо, Петр Петрович. Мы подпишем... А дальше?
- Потом мы вернемся в Москву и доложим в письменной форме. Доклад напишем страниц на пятьдесят, все обоснуем. Доклад должен быть солидным, большим. Вот и все.
- Все? - не удовлетворилась Елена. - Разве в эту площадку уже не вложены большие средства?
- Это неважно. Возникли особые обстоятельства!
- Э, нет! Это очень важно, - заметил Михаил. - Нужно беречь народную копеечку. Если мы с вами имели удовольствие провалиться, это еще не значит, что нужно проваливать и стройку.
- Вы шутите. Я, как представитель проектного треста сам пошлю телеграмму. Нужно перенести площадку к югу. Там и к реке будет ближе.
Спор разгорался.
- Опоздали... Южный вариант рассматривался, - вмешался Куржаков.- Там рельеф неудобен, придется строить два моста для железнодорожной ветки. Кроме того, там вся территория весной заболачивается рекой.
- А здесь проваливается! Я настаиваю на отказе от этой площадки!
- И попадете, дорогой товарищ Новгородцев, в самое сквернейшее положение! - обозлился Карнаухов. - Нечего вам тут распоряжаться. И не разводите сепаратизм с вашими телеграммами. Вы сразу из частного случая делаете общий вывод.