Военный министр Российской империи Сухомлинов позже писал, что делом всех его военных реформ было «превратить русскую армию из чисто оборонительного орудия, каким она еще была в 1909 г., в наступательное оружие первого сорта»[7].
Для Российской империи, как позже и для СССР самым опасными, если не сказать единственно опасными было западное направление. С запада шли Карл XII, Наполеон, польские паны в 16031618 гг. и в 1920 г., ну а в 1941 г. Гитлер.
Вступив в 1825 г. на престол, Николай I решил прикрыть западную границу империи, построив там ряд новых крепостей, которые в сочетании со старыми должны были образовать три линии обороны.
Вспомним, что даже Наполеон говорил: «Возможно ли вести войну без содействия крепостей? Положительно нет!»
Усилиями трех императоров Николая I, Александра II и Александра III были созданы три линии мощнейших по тому времени крепостей.
Хотя наши крепости строились и вооружались в обстановке строжайшей секретности, западные специалисты довольно высоко оценивали состояние инженерной обороны русской границы. Основываясь на данных немецких офицеров Генштаба, Фридрих Энгельс писал: «Русские, в особенности после 1831 г., сделали то, что упустили сделать их предшественники. Модлин (Новогеоргиевск), Варшава, Ивангород, Брест-Литовск образуют целую систему крепостей, которая, по сочетанию своих стратегических возможностей, является единственной в мире».
По мнению автора, тут классику можно верить: во-первых, он хорошо разбирался в военном деле, а во-вторых, люто ненавидел царскую Россию, и обвинить его в приукрашивании трудно.
И вот в феврале 1909 г. по докладу начальника Главного управления Генштаба Сухомлинова состоялось Высочайшее повеление об упразднении нескольких крепостей, в том числе и крепости Новогеоргиевск, считавшейся первоклассной, Батума, Очакова и Усть-Двинска, о скорейшем приведении в «надлежащий вид» Брест-Литовска, Кронштадта, Выборга, Владивостока и пр., так как, по мнению Сухомлинова, «сохранение крепостей в том состоянии», в каком они тогда находились, «было бы изменой».
Через год, в мае 1910 г., новый начальник Генштаба генерал Гернгросс испросил другое повеление о крепостях, по которому крепости Новогеоргиевск, Батум, Усть-Двинск и Очаков не только не упразднялись, но должны были переустроиться, чтобы удовлетворять современным требованиям.
Кроме того, в разное время царь, не мудрствуя лукаво, подмахивал взаимоисключающие «высочайшие повеления». Вот, к примеру, 1 января 1910 г. Николай, не отошедший от встречи Нового года, подмахивает Высочайшее повеление об упразднении крепости Ивангород.
26 ноября 1913 г. в Ялте был парад. Царь немного «тяпнул» в палатке утром с офицерами, а затем отправился завтракать, мешая водку с портвейном. Потом принял военного министра Сухомлинова и подмахнул «Высочайшее одобрение на сохранение и частичное переустройство крепости Ивангород».
Любопытно, что ряд фортов и крепостей Варшавского ВО не были взорваны из-за отсутствия средств на взрывчатку и разборку развалин.
Ну ладно, крепостная артиллерия осталась на уровне 1880-х. Так хоть к старым пушкам изготовьте новые стальные снаряды, снаряженные тротилом или мелинитом! Или хоть переснарядите старые с черного пороха на новые ВВ. Увы, к 1915 г. снаряды с новыми ВВ составляли от 1 до 5 % из общего боекомплекта западных крепостей. Зато наши генералы в огромных количествах заготовили шрапнель для 152203-мм пушек и мортир. (К этому времени орудий калибра свыше 203 мм в русской армии вообще не было.)
К 1914 г. в сухопутных крепостях Франции, Германии, Австро-Венгрии и Бельгии были сотни бронебашенных артиллерийских установок, а в России одна (!) в крепости Осовец, купленная во Франции «для опытов». К 1918 г. французская армия располагала более чем 400 тяжелыми орудиями на железнодорожных установках. А в России их было две (!), да и то неудачной конструкции.
27 февраля 1914 г. в газете «Биржевые ведомости» была опубликована статья «Мы готовы», написанная военным министром Сухомлиновым, прочтенная и одобренная Николаем II. В статье говорилось: «Всем известно, что на случай войны наш план обыкновенно носил оборонный характер. Теперь идея обороны отложена, и русская армия будет активной упраздняется целый ряд крепостей, служивших базой по прежним планам войны, зато существуют оборонительные линии с весьма серьезным фортификационным значением». (Тут Сухомлинов нагло врет. Планы строительства УРов были, но до реализации их дело не дошло.)