- А иметь сразу двух любовниц ему, видишь ли, не позволяет его уважительное отношение к женщине!
- Любовь портит людей. - Жвачин вылил себе в рот пиво и обсосал усы. Она лишает их чувства справедливости.
- Это она из порядочных людей сволочь делает, - возразила брошенная проститутка, - а из такой оторвы, как я, может, и хороший человек получится.
- Что ж ты тут?.. - Сяков кивнул в сторону поблекшей икебаны.
- Я со старлеем пришла мириться, а он у себя в кабинете утюгов потрошит. Решила переждать с милашками... - Светка положила в яркий рот мизинец и запустила в финнов улыбку, достающую до семенников. Финны заулыбались ответно, осторожно косясь на Сякова.
Дюжий бармен загнал в стереосистему кассету "Наутилуса", и Бутусов зловеще объявил обреченному на компанию певца богу: "...я хочу быть с тобой, и я буду с тобой".
- Не возвращайся к старлею, - сказал Тупотилов. - Давай, я буду твоим крысиком.
- Тебе Пирожок уши оборвет. - Светка поцеловала Ваню в лоб. - Лучше забывать Петю с каким-нибудь чучелом, чтобы этот бабник увидел, на кого я его поменяла, и ужаснулся. Но, если хочешь...
Тупотилов просиял и азартно метнул на стойку доллары.
- Шампанского!
Невозмутимый бармен ленивым, но точным движением принял деньги. Шампанское решили разбавить коньяком, извлеченным из сумки Сякова.
- Выпей отсюда, - попросила Тупотилова Светка и капнула приготовленную Жвачиным смесь в ямочку своей ключицы.
Ваня выпил.
- Чего-то не хватает, - сказал Сяков, смакуя напиток, пригубленный без причуд.
- Вишни? - предположила Светка.
- Сигареты? - предположил Жвачин.
- Исполатева, - сообразил Сяков.
- А вот этого нам не надо! - Ваня смотрел поверх Светкиного плеча.
Все обернулись. В дверях валютного бара, с кирпичным от крепкого чувства лицом, стоял старлей.
- Ты что здесь делаешь? - Нервической походкой мздоимец подошел к стойке.
- Отгадай с трех раз, - предложила невозмутимая Светка. - Я нюхаю розы в Версальском парке, лежу на городском пляже в Сан-Паулу или пью с мальчиками шампанское и жду не дождусь, когда ты купишь себе барабан и возглавишь колонну идущих на х.й?
Бармен деликатно отвернулся к стереосистеме и принялся увлеченно настраивать частоты на эквалайзере. Сяков прыснул в фужер.
- Вон! - Старлей раздул ноздри.
- Сходи помочи головку, - посоветовал оперуполномоченному Тупотилов.
- Что?! - не доверился ушам старлей. - На нуль помножу! Всех в КПЗ заквашу, фарца хренова!
- Не метите пургу, - сказал член совета директоров корпорации "Речь", незнакомый с семейной драмой старлея. - Мы сейчас допьем коктейль и улетим в Хельсинки.
- И я с вами! - Светка полоснула ладонью по нежному горлу. - Мне этот жандарм - вот где!
Финны на время забыли о бутербродах с семгой.
Старлей был на полпути к истерике. Он исподлобья смотрел на Светку и часто смаргивал, прогоняя незваную слезу. Под скулами его вздувались и опадали плотные гули.
- Я что, хуже этих?! - Огненный перун поразил Тупотилова. - Я тоже человек! Мне скоро капитана дадут!..
- Ты ему кто? - спросил Сяков Светку.
- Жена.
- Тяжелой кувалдой лупит человека Бог, - изрек основатель межконфессиональной "Библейской комиссии".
Андрей Жвачин, не любивший скандалов с участием милиции, допил коктейль и предложил отправиться на Миллионную, чтобы там спокойно и основательно выпотрошить сумку Сякова, коньяку в которой оказалось много. Тупотилов поддержал Жвачина пустым бокалом.
- А в Хельсинки полетим завтра? - спросила Светка.
- Завтра, - сказал Сяков и махнул старлею. - Мы пошли сдавать билеты.
Поддернув брючины, опер с тяжелым стуком упал перед Светкой на колени.
- Не уходи! Ради тебя... приказ нарушу!
Бармен оторвался от эквалайзера. Финны стряхивали пепел мимо пепельницы.
- Шиш! - безжалостно рубанула Светка. - Ты меня две недели под замком держал.