Всего за 399 руб. Купить полную версию
10 Блаженны изгнанные за правду,
ибо их есть Царство Небесное.
11 Блаженны вы, когда будут поносить вас и гнать и всячески неправедно злословить за Меня. 12 Радуйтесь и веселитесь, ибо велика ваша награда на небесах: так гнали и пророков, бывших прежде вас.
Евангелист Матфей склонен формировать свой материал в виде композиций с литературной и иногда поэтической структурой. Так он объединил самые принципиальные поучения Иисуса Христа в величественную композицию из трех глав Нагорную проповедь. Его девять «блаженств» также представляют собой прекрасную композицию. Они состоят из двух поэтических строф по четыре «блаженства» и дополнительное, девятое «блаженство». Вот некоторые особенности этой композиции:
Первая строфа начинается, а вторая строфа заканчивается обетованием «ибо их есть Царство Небесное». Царство Небесное как бы объемлет всю структуру из восьми строк, и это показывает, что основная тема Нагорной проповеди именно «Царство Небесное».
Последние строки первой и второй строф содержат еще одно ключевое слово «правда»: «Блаженны алчущие и жаждущие правды», «Блаженны изгнанные за правду».
Таким образом, «Царство Небесное» и «правда» центральные темы. Но именно эти слова определяют и тему всей Нагорной проповеди!
Обе строфы по четыре стиха имеют совершенно одинаковую длину: они в оригинале содержат по 36 слов каждая.
Первые четыре «блаженства» называются в науке «π-блаженствами», потому что начинаются с одной и той же буквы π: «нищие, плачущие, кроткие, алчущие» по-гречески звучат как πτωχοί, πβνθοΰΐ'τξς, πρκεΐς, πεινώντες. Все это неспроста Матфей желал придать своей композиции поэтический, запоминающийся характер.
Девятое, дополнительное «блаженство» длиннее других и направлено непосредственно слушающим («вы»). Тема «гонения» соединяет это «блаженство» с предыдущим, с «изгнанными за правду», а обращение «вы» соединяет его с последующими словами проповеди: «Вы соль земли».
То, что евангелист Матфей начинает Нагорную проповедь с провозглашения «блаженств», да еще в такой утонченной поэтической форме, напоминает нам Псалмы Давида, в которых обетования «блаженств» заявляли о счастливых следствиях праведных поступков людей. Так ведь и начинается книга Псалмов: «Блажен муж, который не ходит на совет нечестивых» (Пс. 1: 1). То же во втором Псалме: «Блаженны все, уповающие на Него» (2: 12). И далее: «Блажен, кому отпущены беззакония, и чьи грехи покрыты!» (31: 1) или «Блажен народ, у которого Господь есть Бог» (32: 12). И если Иисус Христос в Евангелии от Матфея начинает Нагорную проповедь девятью «блаженствами», то Он с самого начала устанавливает, какой образ внутреннего состояния и какой образ поведения человека заслуживает награды.
В иудейской традиции провозглашению «блаженств» противопоставлены провозглашения «горя». Это мы находим, например, у евангелиста Луки: «Блаженны блаженны нищие» и тут же «горе вам, богатые»; «блаженны алчущие» и тут же «горе вам, пресыщенные»; «Блаженны блаженны плачущие» и тут же «горе вам, смеющиеся» (6: 2025).
Сопоставление с текстом евангелиста Луки наглядно показывает нам особенности намерения евангелиста Матфея. У него Иисус провозглашает радость Царства Небесного. Нагорная проповедь посвящена сущности этого Царства. В нем нет никакого «горя». Речь идет только о том, что заслуживает награды. Эти слова о награде и завершают «блаженства»: «Радуйтесь и веселитесь, ибо велит ваша награда на небесах».
Вспомним, что оптимизм и утешение отличали проповедь Иисуса Христа уже и от проповеди Иоанна Крестителя! Там яростные угрозы: «порождения ехиднины! кто внушил вам бежать от будущего гнева? <> Уже и секира при корне дерев лежит <>» (Мф. 3: 7-10). Первые же слова Иисуса о свете и радости: «народ, сидящий во тьме, увидел свет <> ибо приблизилось Царство Небесное» (4:1617).
И еще на один момент, отличающий евангелиста Матфея, следует обратить внимание. Он старается избежать всякого возможного недопонимания. Так, согласно критическому тексту[3], у Луки «блаженство» обещается «нищим». Матфей же полагает, что для блаженства недостаточно быть только нищим. Ибо и нищему его нищета может быть препятствием для вхождения в Царство. Например, если из-за нищеты он ни о чем ином не думает, кроме денег и богатства, или если нищета становится для него поводом для преступного поведения или предметом гордости. Царство Божие достается только тому, кто внутренне больше ни от чего не зависит: ни от богатства, ни от власти, ни от права, ни от преимуществ. Поэтому Матфей уточняет: «Блаженны нищие духом!».