Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
Никогда. На работу пора, и сон дурной снился.
Сон ерунда. А лучшее лекарство от кошмаров интим.
Мы же договорились
Ну да! Я не ревную вас. Как и вы меня. Свободная любовь! Так учили Клара Цеткин и Коллонтай (известные деятели мирового революционного движения, любительницы крылатого эроса. прим. авт.).
Горчаков подскочил! Сердито бросил:
Я просил приказывал никогда не вспоминать эти фамилии.
Почем-у? пропела Лена.
Ты с какого года?
С семнадцатого.
А я с десятого. Я прекрасно помню Цеткиных, Коллонтай и иных марксистов. Кстати, а откуда ты про них знаешь?
Водопроводчик Витя рассказывал. Еще он сказал, что и вы марксист.
С какого боку?
Вы тоже сторонник свободной любви. Сколько женщин нашего города побывало в ваших объятиях!
Лена, женщины и марксизм вещи разные. Твой водопроводчик осел. И приготовь-ка мне лучше завтрак.
За завтраком Горчаков всегда просматривал газеты. Нет, нет, читать он ненавидел, собратья по перу раздражали его. Но он должен знать: не наступит ли катастрофа в ближайшем будущем? Что тогда? Где и как спасаться? Вот и сейчас, пробегая глазами первую полосу, пестрящую калейдоскопом мировых событий, Александр невольно отмечал: Гитлер грозит, Советы укрепляются! Добром это не закончится.
Опять перед глазами замелькали картинки его детства и чудовищные события Гражданской войны. Пьяная орда заваливается в их уютный дом в Петрограде и заявляет, что все имущество подлежит конфискации. Когда отец Александра начинает возмущаться, его избивают
Хорошо, что не расстреляли! Некоторое время они обитали у родственников, надеялись, что прежний порядок восстановиться. Но наступил период, когда оставаться в столице стало опасно, над отцом уже витал слушок-приговор: «контрреволюционер». Поэтому однажды ночью родители и маленький Саша по чужим документам отправились на Юг. Тогда в поезде Александр и увидел карлика в кожаной куртке
Потом был Ростов, смерть матери от тифа. Постоянное ожидание очередной пьяной своры Недавно отошедший в мир иной отец Александра говорил: «Благоразумие не оставило наших генералов». И действительно, кто знает, что случилось бы, не объединись вовремя Колчак и Деникин, не двинь Колчак свои войска из Сибири на Юг, не перевези он сюда золотой запас. В результате и был создан нерушимый Южный бастион. Юденич и Врангель проиграли, а Колчак с Деникиным нет!
В 1920 году по инициативе обеих сторон изматывающая Гражданская война закончилась. Большевики так и не могли укрепиться на всей территории России. Но большая ее часть Север с обеими столицами, Поволжье, Урал, Сибирь осталась под их контролем. Потом еще к ней присоединились населенная горцами часть Кавказа, все Закавказье и Средняя Азия. Красные отказались от самого слова «Россия», заменив его на «СССР». Другая же часть страны Екатеринодар, Ставрополь, Ростов, Воронеж, Курск, Белгород, дальше на запад Малороссия и Белая Русь образовали свое государство со старым названием «Российская Империя». Правда, никакой Империи не было и в помине. О царе остались лишь воспоминания, железный вождь Колчак уже почти два года как сложил свои диктаторские полномочия; теперь здесь господствовала демократия западного типа.
Так когда, Александр Николаевич? не унималась Лена.
Что когда?
Спинку потереть?
Успокойся, Лена, слишком частый интим вреден.
Неправда!
Правда Ого, около Курска опять поймали перебежчиков.
И что с ними будет?
Поймали не наши. Так что ничего хорошего.
К северу от Курска проходила граница между двумя государствами; в последнее время участились попытки пересечь ее со стороны Советов. Видимо, число желающих жить в условиях коллективизации, голода, тотального террора все уменьшалось. Не так давно советским пограничникам был дан приказ: по всем перебежчикам открывать огонь на поражение. Гуманизм высшей пробы!
Курск совсем рядом с нами, глубокомысленно заявила Лена.
Александр не ответил, его мысли прервал телефонный звонок. Он поднялся, снял трубку висевшего на стене большого черного аппарата. Женский голос возмущенно изрек:
Он еще дома!
Да, обдумываю тут разное По работе, конечно!
Может, уволишься? Я с удовольствием приму твое заявление. Будешь спокойно обдумывать все, что захочешь.
Обманываешь. Без удовольствия.
Негодяй!