Всего за 209.9 руб. Купить полную версию
Вы услышали о каком-нибудь житейском несчастье, старались помочь как могли, но помощь нужна постоянная и продолжительная. Вам кажется, что вы из среды своих богатых знакомых, для которых ничего не составляет месячный взнос в пять-десять рублей, можете легко образовать кружок, который собирал бы ежемесячно нужную сумму. Вы рассказываете об этом намеченным людям. Они настораживаются, слушают как-то нехотя и отказываются с оскорбительным для вас равнодушием. Как в эту минуту вы чувствуете себя безнадежно одиноким!
Нет тех людей, для которых была бы ценна та душевная работа, которая в вас совершается, круг всех ваших мыслей и чувств, ваши думы и мечты, ваши взгляды на жизнь, ожидания все, что составляет главную часть человека, все, что является духовной личностью и представляет главное отличие человека от другого человека. И если у вас бывают порой высокие духовные порывы, если иногда чувство пламенной веры доходит в вас до какой-то осязательности того, во что вы верите, если иногда находит на вас, открывается в вас источник благодатных слез, а молитва действует на вас так, что вам кажется, что вы и горы могли бы подвинуть, о, берегите, берегите в себе тогда эти тайны духовной жизни, никому их не пересказывайте, потому что люди их все равно ведь не поймут и только осудят вас.
Один молодой мирянин, не чуждый сильных религиозных порывов, стоял однажды перед великим старцем, с которым он случайно встретился и память о котором освещала успокоительным светом всю его последующую жизнь «Не открывайся никому, говорил старец, духом чувствуя большую искренность этого человека и доверчивость его к людям, переживай все в себе самом, не открывайся людям!..» Вот на какое одиночество бывают обречены люди, которым доверие к людям, делящим с ними мысли и чувства, необходимо как воздух И длятся, длятся в неутешимом, непоправимом одиночестве годы, дни и десятилетия, и усталая душа отказывается от каких-нибудь ожиданий на земле и знает, что свою тоску одиночества принесет Тому Богу, Который один наполнит ничем не наполнимые ее глубины.
Но в этой муке, в этой казни одиночества мы безнадежны только потому, что мы не ищем того, что нам надо и необходимо искать.
Да, люди нам изменят, нас не поймут, осмеют, предадут, злоупотребят нашим доверием. Но как велика наша ошибка думать только о людях, о людях одних и мерить жизнь нашу, ее радости и ее горе отношением к нам людей! А стоит только нам вспомнить о небе и о том, кто в этом небе живет, и нашему одиночеству конец, и мы приобретаем внезапно целые ряды дивных, святых, могучих, вдохновенных, разумных, преданных, самоотверженных, радостных, неизменных друзей.
Вот восторг переполнил наше сердце при мысли о величии Божией благодати, наше воображение поразила мысль о том, как велика милость одной евхаристии. Вспомним о недавно жившем, ходившем среди нас, молившемся за нас, утешавшем нас народном пастыре отце Иоанне. Вспомним его восторг, когда совершалось величайшее чудо вселенной: вино бывало Кровью и предложенный хлеб Телом Спасителя мира. Подняв глаза к небу, поищем в этом небе его, чтобы разделить с ним восторг.
Вот чудная нить, связующая небесное с земным. Есть духовные толчки могучей искры электрической, которые идут от души, торжествующей в небе, души праведника к скорбящему на земле человеку и от души молящегося на земле человека к душе, готовой спешить ему с неба, душе праведника.
Вспоминайте, смотрите, приглядывайтесь к жизни, например, этого в чудесах своих неизглаголанного чудотворца святителя Николая, к этой быстрой помощи, с которой он являлся к людям, причем эти люди не успевали или не умели его раньше позвать; разве не видите вы тут напряженной, великой его дружбы к живущему на земле человечеству? Разве не задумаешься об этих верных друзьях, которых Бог воздвиг в лице праведников Своих для всех, кто хочет знать и звать их?
В одном из явлений своих великий старец Серафим говорил страдающему человеку: «Агафья жалеет тебя». Значит, он, небожитель, и она, древняя первоначальница Дивеевского монастыря, при жизни неудержимо милостивая боярыня Агафья Симеоновна Мельгунова, оба с высокого неба наблюдают действия людские, жалеют, помогают.
Если у тебя нет никакого испытания, никакой просьбы не потому, чтобы ты ни в чем не нуждался, а потому, что ты предал себя воле Божией всецело и довольствуешься той судьбой, какая тебе выпала на долю, и душа твоя полна молитвы не просительной, а благодарственной за все Божии совершенства и восторги, тогда с кем лучше разделить тебе восторг души своей, как не с теми, чья душа этим чувством безграничного пред Богом восторга была полна всегда и еще жарче горит этим восторгом теперь, в новой торжественной поре их бытия.