Всего за 419 руб. Купить полную версию
Как видите, вовсе нет привычному русскому уху: «ноздри вырву», «три шкуры спущу», тем не менее контроль есть, мягкий, но неотступный. Также интересно отметить, что жесткому наказанию Екатерина предпочитала мягкие. Все люди, с которыми она расставалась, бывали ею щедро одаряемы. Вот эту самую мягкость ей удавалось сочетать с явным чувством собственного достоинства, которое она умела передать другим людям, и они выполняли свои обязанности не из страха, а из чести и по совести. И тут мы подходим ко второму аспекту, также метко схваченному Пушкиным. Екатерина любила не только «дым войны», а еще и «дым парнасского кадила». Это он про что? Уж не курила ла она трубку, кропая вирши? И действительно, Екатерина писала стихи. (А кто по молодости не баловался?) Пять-шесть штук сохранились для истории, по стилю напоминают японское хокку[1]. Сама Екатерина считала их ужасными, но эти 5, которые сохранились, вполне ничего себе так. Курить, она, понятно, не курила вовсе. О чем же тогда идет речь?
Речь идет о том, что Екатерина искренне любила культуру и искусство. Что значит любила? Любила значит, старалась, чтобы все в ее стране было как можно лучше, красивее и культурнее. Она собирала со всего мира лучших архитекторов и живописцев, скульпторов и музыкантов, и все они творили в России и для России. Не будет большим преувеличением сказать, что Екатерина пыталась перевоспитать и окультурить всю страну. И как это ни парадоксально звучит, во многом ей удалось с этой задачей справиться, хотя, конечно же, не все вышло так, как хотелось. Как же это так перевоспитать всю страну? Тут своих лоботрясов в семье попробуй воспитай, как-то они не очень воспитываются, а здесь вся страна Тем не менее это так. Екатерина не боялась масштабных проектов. А терпение у нее было титаническое. Ее воспитание, прежде всего, касалось ее ближайшего окружения: Орловы. Потемкин, Румянцев, Безбородко, Зубовы, даже Панины, бывшие к ней в оппозиции, все равно ее воспитанники, воспитанники по культуре обращения друг к другу и к своему делу.
Екатерина не боялась масштабных проектов. А терпение у нее было титаническое.
Однако идем дальше: «Мы Прагой ей одолжены». Какой такой еще Прагой? Столицей Чехии, что ли? Вроде не было там никогда ни Екатерины, ни русских войск (ну разве что уже в ХХ веке). Конечно, речь идет о другой Праге. Прага это предместье Варшавы, населенное преимущественно евреями. В екатерининские времена там находилась мощная крепость, оборудованная и оснащенная сродни Измаилу по последнему слову военной техники того времени. Так вот 24 октября 1794 года генерал-аншеф (по-нашему, генерал армии) Александр Суворов берет штурмом эту отлично укрепленную крепость. Берет, как всегда, быстро, лихо, по-суворовски: с минимальными потерями для себя и максимальными для врага. За это сражение поляки будут пытаться повесить на Суворова ярлык душегуба и кровопийцы. Сражение было действительно кровопролитным: половина польского гарнизона, а это около 15 тыс. человек, погибла, остальные попали в плен. Досталось и мирному населению, которое отчаянно защищалось, тем самым навлекая на себя еще больший гнев солдат противника.
Суворов же со своей стороны сделал все, что было в его силах, чтобы уменьшить кровопролитие. Его диспозиция к штурму Праги так и заканчивалась: «С бабами не воевать. Малолетков не трогать». Но ничего не могло остановить разъяренных солдат, которые жаждали мести за вероломно убитых на выходе из храмов безоружных товарищей в страстную седмицу (так начиналась эта польская кампания). Для того чтобы не пустить своих разъяренных солдат в Варшаву, Суворов лично приказал взорвать мост через Вислу. Польский магистрат за это после подарил ему золотую табакерку с надписью: «Спасителю Варшавы». Суворов же, сумевший успокоить Польшу за 44 дня фантастика!!! (несмотря на беспримерный героизм поляков и внушительную помощь Франции), получил от Екатерины звание фельдмаршала, от Фридриха Великого ордена Черного и Красного Орла, от австрийского императора Иосифа II собственную миниатюру с бриллиантами.
Так воевал Суворов, так при Екатерине воевали и другие русские полководцы. Ну, а при чем тут сама Екатерина, спросите вы? Все дело в том, что подобного не было ни до, ни после Екатерины. Я иногда спрашиваю себя, а мог бы состояться гений Суворова не при Екатерине, а в другое время? До еще как-то с большой натяжкой можно допустить, после ни в коем случае. Почему же так? Екатерина умела выбирать из имеющихся полководцев наиболее талантливых, умела создать для них развивающую среду, где они смогут разработать, опробовать и довести свою управленческую и военную систему до совершенства. Вспомним, тот же Суворов с 1763 по 1768 г. возглавлял Суздальский полк, именно в это время рождается и апробируется в ходе многочисленных маневров его «Наука побеждать». Суворов лично разрабатывает общий устав жизнедеятельности полка, который получит название «Полковое учреждение». Подобным образом Потемкин разрабатывает и внедряет самую удобную и самую «продвинутую» на то время военную форму, а чуть раньше Румянцев разрабатывает самую эффективную в мире систему обучения солдат, которую чуть позже разовьет и доведет до совершенства все тот же Суворов. Коротко говоря, Екатерина не мешала (и даже, наоборот, всячески помогала) талантливым мужчинам заниматься любимым делом на пользу отчеству. После Екатерины в русской армии воцарились регламент, муштра и шпицрутены, а военная удаль пошла на убыль.