Но уже не туда, куда ноги несут, а куда глаза глядят. Бежал, бежал, слышит стук топора. "Ну, думает, - пристроюсь под телегой, люди и не заметят, кого с дровами везут".
А это не топор стучит. Дед с Лешиком сухостой валят.
- Сами не свалим, - объяснил Лешик, - от ветра упадёт на кого и придавит.
- Дело не медведь, само в берлогу не уляжется. - Старый леший тюкал ладонью, как топором, по чахлым деревцам. - Вот мы и управляемся, старый да малый. И не в лад, да ладно. И не хитро, да кстати.
На другой день подул ветер, верхушки деревьев кланялись ему вдогонку. "С родной стороны!" - обрадовался Кузька, побежал против ветра. Бежит, бежит, слышит щёлканье кнута. Скорей к пастуху со стадом! А это дед Диадох стучит в ладоши. А над ним по веткам мчится стадо, да только беличье, перегоняют его лесовики из ельника в орешник.
- Кузя! - кричит Лешик. - Ветер прилетал, весточки не принёс. Нету вон в той стороне твоей деревеньки!
Несколько дней собирал Кузька с белками орехи, лучшие клал в кузовок гостинец из леса для друзей-домовят. А потом с сундуком да с гостинцем бежал, бежал, а кругом один лес - тоска зелёная. Со злости начал грибы сшибать лаптями. Вдруг слышит:
- Пошёл, нашёл, потерял! Потерял, нашёл, пошёл!
Люди ходят, грибы ищут! Надо пойти за ними потихоньку, да ещё в корзины грибов подложить незаметно. Глядь, а это и не люди вовсе. Дед Диадох и Лешик собирают под ёлками какие-то красные ягоды. Съел одну - невкусно.
- Семена ландышей, - сказал старый леший. - Птицы отнесут их в Обгорелый лес.
Печален лес без ландышей... Пошёл, нашёл, потерял!
- Потерял, пошёл, нашёл! - отозвался Лешик. - Поговорка у нас такая. Повторяй за мной, Кузя!
- Пошёл, нашёл, потерял! - нехотя подтянул Кузька.
- Потерял, пошёл, нашёл! - И дед Диадох вручил домовёнку сверкающий сундучок - сокровище домовых.
Как это Кузька потерял его в лесу? Лучше самому пропасть, чем вернуться домой без сундучка! Никуда он больше не бегал. Сидит на пне, ждёт, не побегут ли от ветра верхи деревьев. Пять ветров прилетали, никаких вестей с родной сторонки, все стороны чужие. И всё кругом домовёнка - чужое. Цветы не те: горошек мышиный, лён кукушкин, капуста заячья, всё не на грядке, а в беспорядке. Сколько ни дёргай, ни тебе красной морковки, ни жёлтой репки. Даже лопухов нет. И птицы не те: никто не кукарекнет, не закудахчет. Гуси и утки только в небе гогочут, пролетая стаями. Чего они в небе не видали? Чириканья много, а воробья ни одного. Мыши и те другие: про кошек слыхом не слыхали, домовых не дразнят Лиса с медведем куда-то пропали, поговорить не с кем
- Дед, а дед, - говорил Лешик, - этак Кузя у нас зачахнет, на корню высохнет.
Давай сведём его домой!
- Беда! - тихо, как сухие листья шуршат, отвечал дед. - Всяк кулик на своём болоте велик. Давно б вывели его из леса, да ведь не знаем, цела его деревенька или нет. Каково ему будет одному на пепелище в чистом поле, да ещё зимой? Будем ждать, не тот ветер, так другой принесёт весточку.
Чего-чего, а ждать лешие умеют. Дождись-ка, пока из жёлудя ещё один Могучий дуб вырастет. А лешим хоть бы что, ждут себе, поджидают.
- Не умею я ждать, - горевал Кузька. - Мы, домовые, только праздники умеем ждать, тут уж ничего не поделаешь.
- Вот и хорошо, - сказал дед Диадох. - У нас в лесу скоро праздник. Гостем будешь. А зимой такие гости придут, что и хозяевам воли не дадут: мороз-трескун да вьюга-метелица. Ну да темна ночь не навек...
ОСЕННИЙ ПРАЗДНИК
Маленький домовёнок дождался лесного праздника.