Всего за 200 руб. Купить полную версию
Я познакомился с твоей мамой, когда мне было двадцать лет, а ей девятнадцать. Я долго надеялся ее найти, пытался получить визу в СССР, но мне отказывали, Витя вздохнул:
Я родился в Бутырской тюрьме, откуда маму этапировали в Мордовию. Ей дали пятерку в колонии строгого режима за измену родине, отец выругался по-французски, в три года меня должны были отправить в детский дом, но мама работала на личной кухне начальника колонии. Она упросила его на коленях оставить меня на зоне, Витя помолчал, меня все баловали, я был бойкий мальчишка, Марсель усмехнулся:
И таким остался. У тебя мамин характер, милый, он разлил коньяк, я вроде Монаха, или мимолетно знакомого тебе дяди Джона, его светлости. Я сыч и больше молчу, а твоя мама легко сходилась с людьми, Витя щелкнул зажигалкой перед его сигаретой:
Мама и папа, то есть Алексей Иванович, познакомились на вокзале в Потьме после ее освобождения. Мы оказались в столице, а через три года мама умерла после родов. И сестренка моя не выжила, он выпил полстакана коньяка, а потом папа погиб от руки псов, то есть КГБ, Витя редко позволял себе опьянеть:
Не с моими занятиями, сказал он однажды Маленькому Джону, Питеру хорошо. Товарищ Миронов никуда не ездит. Он грузит рыбу, ведет серую бухгалтерию и разрабатывает перспективные планы, а я волк, которого кормят ноги. И вообще, он повел рукой, серьезные люди не пьют, с похмелья денег не сделаешь
Цеховики с презрением относились к толкущимся вокруг интуристов фарцовщикам:
Однако они все равно пользуются их услугами, Витя оценил еще один цветной телевизор в спальне, доллары в «Березке» не поменяешь, надо обращаться к валютным спекулянтам, словно услышав его, отец поинтересовался:
Значит, вы здесь продали рубли и получили доллары? Витя кивнул:
Десять тысяч. За такое расстрел не дают, его язык заплетался, это тянет на десять лет в колонии, не больше, Марсель заметил:
Ты говорил, что этого Петренко, он махнул за окно, расстреляли? Витя прикончил коньяк:
Потому что менты, в голове приятно зашумело, не прощают измены. Говорят, что Андропов хотел его помиловать, но Щелоков, Витя икнул, глава МВД, добился у Ленечки согласия на расстрел. Чтобы, как говорится, остальным было неповадно, отец забрал у него стакан:
Тебе хватит, сварливо сказал Марсель, слушай меня, тебе двадцать шесть, а мне скоро полвека. Ложись, он устроил Витю на вышитом местном покрывале, утро вечера мудренее, милый, юноша зевнул:
Завтра нас ждут на сходке цеховиков, вернее, меня ждут. Маленький Джон при мне вроде охранника, у него есть неучтенный ствол, Марсель хмыкнул:
У меня тоже неучтенный. Я вас подстрахую, меня никто не увидит. У меня опыта больше, чем у вас, вместе взятых, он погладил сына по голове, отдохни, Виктор
Юноша сонно шепнул:
Когда мы выберемся отсюда, Питер обещал мне должность в отделе сбыта «К и К». Но сначала мы прокатимся по Парижу в белом мерседесе-кабрио, длинные ресницы дрогнули, он засопел. Марсель прикоснулся губами к высокому лбу:
Непременно прокатитесь, сыночек, он сидел на кровати, слушая спокойное дыхание Вити, не выпуская его руки.
Полосатая оса вилась над расписным фаянсовым блюдом. Розовые персики отливали золотом, солнце играло в разломе оранжевого абрикоса, отражалось в медовой желтизне чарджоуской дыни. Лежащая на мраморном полу беседки овчарка лениво клацнула зубами:
Спи, Мухтар, рассмеялся Наум Исаакович Эйтингон, ты сегодня с утра набегался, но настал мертвый час.
После обеда белокаменные особняки правительственных дач погружались в блаженную тишину. Теплый ветер развевал шелковые занавеси. Мотя разложил на столе подобранные на утренней прогулке листья и орехи:
Это каштан, мальчик вооружился альбомом, смотрите, дедушка, Наум Исаакович привык к такому обращению мальчика, помните, мы и в Крыму видели каштан? Саша привез семью в Туркмению в начале сентября:
Побудешь с дедушкой и мамой, ласково сказал он сыну, у меня есть кое-какие дела. Я вернусь и мы отправимся через Каспийское море в Астрахань, Мотю ждало большое путешествие:
Только Мухтара нельзя взять на корабль, грустно подумал мальчик, но дедушка отвезет его в Москву, где мы и встретимся, папа обещал Моте круиз по Волге: