Где я его
Пройдите в коридор, первая дверь направо, он, наконец, поднял на меня взгляд, чтобы оценить, как ему доложить обо мне, пока я буду пересекать прихожую и искать нужную дверь. Взгляд у Сганареля оказался, как и следовало ожидать, цепким и неприятным, как у камеры слежения в супермаркете.
Его зовут
Синьор Эцио Чеккеле.
Я пошел, а Сганарель за моей спиной, естественно, поднял телефонную трубку и что-то пробубнил, я не прислушивался.
Каморка управляющего была такой маленькой, что сам синьор Чеккеле помещался в ней с трудом, а для гостя места почти не оставалось, мне пришлось встать в дверном проеме и говорить, придерживая дверь плечом, потому что она грозила захлопнуться, дав мне пинка под зад. Синьору Чеккеле было далеко за семьдесят, а может, и все девяносто. Он был так толст, что в маленькой комнатке выглядел запакованным в коробку арбузом. Сходство усиливал полосатый костюм, какие носили лет сорок назад. Может, этот костюм синьор Чеккеле купил себе на свадьбу, да так ни разу и не снял даже чтобы отдать в стирку. Так мне показалось то ли по запаху, то ли по потертостям на рукавах.
Две комнаты? Три? спросил он, не предлагая ни войти, ни, тем более, сесть на единственный стул, стоявший у единственного стола с компьютером, за которым в единственном кресле сидел арбуз Чеккеле, заполняя собой все пространство. Единственный сейф тоже присутствовал, но располагался, за неимением свободного пространства, в стене прямо над головой управляющего. Если бы дверца была открыта, то, встав, синьор Чеккеле непременно ударился бы макушкой и мог получить сотрясение мозга, а то и более серьезную рану.
Меня устроит двухкомнатная квартира, сказал я. Хотелось бы с окнами на улицу, конечно.
Синьор Чеккеле хмыкнул, повозил по столу своими короткими ручками, показал мне свою блестящую лысину в венчике белых, как снег, волос, и сказал:
Садитесь.
Боком протиснувшись между стулом и с грохотом захлопнувшейся дверью, я сел, и мы с синьором Чеккеле оказались вдвоем в межпланетном корабле, стартовавшем на далекую орбиту впечатление было именно таким, человек, подверженный клаустрофобии, не выдержал бы здесь и трех секунд.
Синьор Чеккеле, произнес я со всей искренностью, на какую был способен, скажу вам честно мы ведь говорим откровенно, да?..
Управляющий неопределенно пожал местом, которое у человека с нормальным сложением называлось бы плечами.
Ну да, сказал он и едва заметно усмехнулся. По-моему, он уже понял, что я скажу, и я не стал его разочаровывать если он считает, что за свои семьдесят пять или девяносто хорошо узнал человеческую природу, пусть пребывает в этом мнении и дальше.
Так вот, продолжал я, в вашем доме несколько месяцев назад поселилась моя гм знакомая. И я хотел бы Ну, вы понимаете
Он то ли кивнул, то ли отрицательно покачал головой можно было, конечно, разобраться, если проанализировать его конвульсивное движение, но у меня не было времени этим заниматься, и я продолжил:
Так я хотел бы
В какой квартире живет ваша знакомая? спросил синьор Чеккеле, все понимавший и готовый помочь.
В том-то и дело, что я не знаю, сказал я с огорчением. Ее имя Лючия Лугетти то есть возможно, она зарегистрировалась у вас под другой фамилией
Лугетти пробормотал синьор Чеккеле. Третий этаж, восьмая квартира, свободна сейчас одиннадцатая, это поблизости, по коридору, если вас устроит, только имейте в виду, синьор, никаких скандалов, здесь тихий и благопристойный пансион, и если вы хотите выяснять свои отношения с синьорой, то для этого выберите другое место, а у нас, предупреждаю, все должно быть тихо и благопристойно, вы меня понимаете?
Он произнес эту длинную фразу на одном дыхании, причем, как мне показалось, дыхания у него осталось еще на одну-две таких фразы я-то думал, что у бедняги одышка, в его-то возрасте
Вы меня понимаете? переспросил синьор Чеккеле, так и не переведя дыхания.
Конечно! воскликнул я. Я прекрасно вас понимаю! Одиннадцатая квартира меня устроит. Могу я заплатить за месяц вперед?
Можете, синьор Чеккеле указательным пальцем нажал клавишу, и откуда снизу, из-под стола, послышалось тихое шипение, будто кобра поднялась, чтобы исполнить ритуальный танец. Управляющий опустил руку и вытащил отпечатанный лист стандартный, должно быть, бланк договора, куда ручкой вписал мое имя и потребовал паспорт. Я протянул ему тот, что использовал для работы в определенных обстоятельствах.