Они стояли под березами в школьном саду и наблюдали за грачами, которые, заселив прошлогодние гнезда, орали от радости, как пьяные.
Петька пошел к дровяному сараю, где Семушкин "наводил тень", а Санька сделал вид, что его интересуют только грачи.
Но уши его были настороже. Он давно знал, что Семушкин любит сочинять про него всякие небылицы. Он, Санька, и малышей в бабки обыгрывает, и задачки у Маши списывает. Что-то он сейчас плетет мальчишкам!
- Выхваляется этот Черкашин - жуткое дело! - сообщил вернувшийся Девяткин. - Будто мы с тобой нарочно Машу на лед заманили, а потом бросили.
- Это кто так говорит? Черкашин? - вспыхнул Санька.
- Семушкин передает... Они уже дружки с Черкашиным, водой не разольешь.
Весь день Санька не находил себе места.
Мальчишки гурьбой следовали за Семушкиным, и тот охотно, каждый раз с новыми подробностями, повествовал о векшинском внуке. По его словам выходило, что Федя не кто иной, как знаменитый партизанский разведчик, он восемь или десять раз ходил в ночной поиск, самолично захватил двух фашистов и имеет боевое ранение - шрам на боку.
После уроков, когда Санька с приятелями возвращался домой, разговор вновь незаметно перешел на Федю.
- Далось вам! - осердился Санька. - Ну и отправляйтесь, цацкайтесь с ним!
Мальчишки остановились у моста и замолчали. Река почти очистилась, вода шла мутная, волоча отдельные запоздалые льдины.
- Скоро рыбалить пойдем, - сказал Степа Так-на-Так.
- Семушкин говорит, они гранатой рыбу будут глушить, - заметил Петька.
- Откуда у него граната? - вдруг насторожился Санька.
- Черкашин обещал подарить. Он с собой привез, У него в мешке и патроны есть, и нож трофейный, и много еще чего. Алешка своими глазами видел.
- Ну, это он... это уж он совсем прибавляет, - забормотал Санька, и неизвестно было, к кому относились эти слова: к Семушкину или к Феде.
На душе было неспокойно. А если все это правда, что болтает Семушкин? Мальчишки же за Черкашиным по пятам будут ходить!
И разве захочет кто-нибудь теперь слушать Санькин рассказ о том, как они с мачехой угоняли от врага коров и лошадей, как он спас Муромца! Бомба тогда разорвалась около самой конюшни. Старый, вислогубый мерин, одурев от страха, так взбрыкнул, что сшиб Саньку с ног и помчался в сторону деревни. Но Санька не растерялся, вернул Муромца. На груди у него остался багровый след от подковы. Но кого же удивишь теперь такой меткой, если у векшинского внука шрам на боку и мешок полон патронов!
- Наговорит этот Семушкин... - Надо самим проверить, - предложил Санька.
Мальчишки тут же наметили план. Они будут ждать на мосту, а Петька Девяткин зайдет к Векшину в избу и все, что надо, выпытает у Феди - ведь никто лучше его не умеет подлаживаться к людям.
- Ты, главное дело, в мешок загляни, - наказал Санька.
Девяткин подошел к избе, заглянул в окно и, убедившись, что деда Захара нет дома, толкнулся в калитку.
- Теперь Девяткин зальется соловьем, - засмеялся Степа. - Мать родную продаст, другом-приятелем прикинется.
Минут через тридцать Девяткин вернулся обратно.
- Ничего такого и нет, - сказал он скучным голосом. - Сидит, посуду моет после обеда.
И он сообщил, что Федя Черкашин оказался не очень-то разговорчивым и толком узнать от него ничего не удалось.
Правда, в партизанском отряде Федя был, но занимался больше тем, что помогал деду Векшину собирать грибы, ягоды, готовить обед партизанам.
- Кашевар, значит! - присвистнул Санька. - Ну, а фрицев сколько он захватил?
- Ноль целых ноль десятых..., Не брали его в разведку, мал еще.
- А мешок видел? Гранаты есть?
- Тю... чего захотел! - фыркнул Петька. - Даже и патронов нет. Книги одни.
- А еще?
- Кружка с ложкой, белье, зерна какие-то...
- Зерна?
- Не то пшеница, не то еще что. Я не рассмотрел, неинтересно.