Всего за 199.99 руб. Купить полную версию
Остальное в будущем году.
Внезапно из-под отколовшегося когда-то от скалы каменного пласта словно сверкнуло синее пламя. Он опустился на колени, сдвинул камень в сторону и о, чудо! обнаружил фиалку: несмотря на сломанный стебель, она была ещё жива, хотя чуточку поблёкла. Он осторожно поднял цветок и поместил его в середину букетика, лелея надежду, что обереги оживят его и вернут лепесткам прежнюю свежесть
Ягнята уснули, не выдержав скуки ожидания, и только один барашек продолжал жевать с неизменным усердием. Чернуш поднялся на ноги, но не пасся, а задумчиво стоял на месте. Уставший козлёнок крепко спал, уткнув мордочку в колени. Арег сел на вершине бугра, высыпал цветы себе на колени и стал их складывать по одному в ладонь. Потом перевязал букетик стебельком пырея и пришёл в восторг: в центре красовалась окончательно проснувшаяся фиалка, а вокруг неё теснились обереги.
Астхик отнесу, прошептал он.
И тут же представил, как рано утром кладёт цветы в свой ранец, а потом в школе, улучив подходящий момент, тайком протягивает их Астхик и говорит: «Я люблю тебя». Астхик с улыбкой принимает букетик, вдыхает его аромат и еле слышно шепчет: «Я тоже тебя люблю». Картина получилась необыкновенно красивой, и Арег начал мысленно прокручивать её снова и снова, точь-в-точь как заучивают урок. Всё это время он блаженно улыбался, погружённый в мечты, и так увлёкся, что не заметил, как переполошившиеся вдруг ягнята вскочили и стремглав устремились вниз, в глубь Ущелья Фиалок. Арег очнулся лишь тогда, когда снизу до него отчётливо донеслись чьи-то шаги и тяжёлое, шумное дыхание. Он положил цветы на траву и прикрыл их лоскутом, в который заворачивал хлеб, точно боялся, что кто-то может проникнуть в его тайну.
Шумное дыхание выдавало приближение лошади. Арег вскочил на ноги, но никого не увидел. И хотя с минуты на минуту ожидал её появления, однако когда откуда-то снизу выросла внушительная фигура скачущего верхом Ванатура, вздрогнул и перепугался: вспомнил, что по его, Арега, вине ягнята потоптали ячменное поле.
Ты чего своих ягнят проспал, парень? обрушился на него громовой голос Ванатура. Вон какие они у тебя тощие нет на них жира даже с ноготь толщиной. Глянь сколько травы кругом, а ты бедную скотину к полю привёл. А если они раздуются да передохнут от ячменя? Папаша твой, небось, думает, что сына вырастил да к делу пристроил!..
Полевой сторож подъехал и остановился перед Арегом. Смешанное чувство стыда, восхищения и страха лишило Арега дара речи, он стоял и не мог отвести глаз от Ванатура, в руке которого была вовсе не изогнутая дубинка, как ему показалось издали, а длинная и толстая змея, которая лихорадочно извивалась вдоль крупа лошади, тщетно силясь поднять свой острый и тонкий хвост. Маленькая плоская голова с открытой пастью была зажата между большим и указательным пальцами Ванатура, и Арег отчетливо увидел выпуклые, отливающие стеклянным блеском глаза змеи.
Вон на той скале хотел прилечь и вздремнуть немного, да вдруг проснулся, вижу: змея обвила ногу моему Кайцаку[2], лёгкая улыбка тронула губы Ванатура. Решил отнесу малышу, может быть, в школе ему пригодится. Ты ведь ученик? мягко спросил он.
Да верно промямлил Арег.
Вижу, ты уже совсем большой. Змей не боишься случайно?
Нет да Арег судорожно глотнул слюну.
Значит, не хочешь? Ну если вашей школе она не нужна, то мне и подавно.
Небрежным движением Ванатур отшвырнул змею прочь, та, шмякнувшись о землю, несколько мгновений оставалась неподвижной, а потом стремительно метнулась в траву и исчезла.