Громят магазины и дома, особенно с русскими жильцами.
- Господи, неужели доберутся до нас,- ахнула Антонина Сергеевна.- Что же нам делать?
- Мама, с нами Костя, чего нам бояться.
- Да будь он хоть трижды Геракл, но их много. Они просто разорвут его и нас на части.
Я начал собираться на выход.
- Ты куда?- спросил Петр Акимович.
- Пойду закрою ворота ограды и калитку.
- Положи оружие. Не ходи с оружием. Не дай бог, перестреляешь кого, потом жди международных осложнений.
Я снял наплечник с оружием и бросил на стул. Развязал галстук и бросил туда же. Они смотрели на меня как на бога с мольбой и надеждой. Я спустился на улицу. Закрыл ворота и калитку, отвинтил ручки электрозамков, и только пошел к дому, как улица наполнилась ревом и воем. Человек 150-200 молодых, одетых в рвань парней неслись на решетку. Они облепили ее по всей длине.
На меня посыпался град проклятий, угроз и оскорблений на английском и арабском языках. Я обернулся и спокойно смотрел на них. Несколько бутылок, камней и гнилых фруктов полетели в мою сторону. Пришлось уклониться от явных попаданий. Это еще больше распалило толпу. Несколько бородатых мужчин явно управляли толпой и один из них махнул рукой через решетку. Тот час несколько человек создали у ограды живую пирамиду и первый пакистанец с палкой прыгнул в садик. Он побежал ко мне размахивая своим жалким оружием. Замах... я отклонился и правой рукой достал его лицо. Парень словно распрямился в воздухе и пролетев два метра затих у фундамента решетки.
Яростный вопль раздался за оградой. Образовалось уже несколько пирамид и в садике оказалось несколько человек. Они все бежали ко мне размахивая палками, прутьями и кинжалами
Я побежал вправо и наскочив на первого, отбросил его ногой, еще удар... Кто-то летит под ноги бородачу с кинжалом. Теперь влево. Их двое. Отклоняюсь вправо и прут свистит перед плечом. Раз... Он отскакивает и тут же я получаю удар палкой соседа. Все. Они меня достали.
Семь пакистанцев вцепляются в меня. Моя рубаха разорвана в клочья и несколько ударов прутьями и палками саднят тело. Самое важное кинжалы и ножи. Вот один. На руке кто-то висит. Отталкиваюсь на спину и посылаю ногу вперед. Носок попал в подбородок нападавшему, кинжал подпрыгнул и упал под ноги. Что за гад на руке. Я нагнулся и вовремя... прут скользнул по плечу. Схватил за ногу висящего на руке и рванул ее вверх. Он сразу отпустил руку и пришлось как сваю опустить его головой в землю. Стало легче. Вот тебе. Вот и ты получай.
Пакистанцы откатились от меня. В садике еще несколько человек. Я схватил лежащего бандита за ноги и принялся дубасить им направо и налево. Вой и крики раздались в садике. Наконец я запустил пакистанца вправо и схватив железный прут, брошенный на земле, бросился влево. Первым ударом я рассек голову попавшегося мужчины пополам. Отбив палку следующего, прут врезался в шею.
Крики ужаса раздались в толпе.
В это время, расшатав кирпичи, закрепляющие калитку, толпа вырвала ее из гнезд и несколько человек очутилось в садике. На мое счастье часть тел застряло между каменными столбами и я пошел с прутом на прорвавшихся. Самый старший, который руководил толпой имел пистолет. Он наставил его в мою сторону и выстрелил. Пуля обожгла плечо. Ах ты сволочь. Я метнул в них как биту прут и за ним прыгнул к этой группе. Они пригнулись, спасаясь от свистящего над их головой прута, и моя рука достала руку руководителя. Раздался хруст. Пистолет очутился в моей руке и я опустил его на голову нападавшему. Теперь удар влево еще одному. Толпа шарахнулась. Несколько человек побежало назад в проем забитых телами столбов. Мой взгляд упал на калитку лежащую на земле. Заостренные прутья, скрепленные поперечным железом, могли быть хорошей защитой.