Всего за 169.9 руб. Купить полную версию
Душераздирающая картина, нарисовавшаяся в воображении, чуть не заставила меня расплакаться. Только слезы высохли, не успев пролиться, потому что я вдруг поняла, что нужно делать. В тот момент идея казалась мне блестящей.
Верка, мы подставим тебе задним числом ма-а-аленькую такую, скромненькую пятерку. Физик наверняка не помнит, сколько раз за четверть тебя вызывал, объявила я подруге, вызвав ее на перемене в коридор.
Как это подставим?
Спрячемся после уроков в раздевалке, а потом прокрадемся в учительскую и возьмем журнал.
Вера как-то странно на меня посмотрела и на минуту задумалась.
А если кто-нибудь увидит? спросила она.
Кто? Наши все по домам разойдутся, а если кого чужого встретим, скажем, Марина Викторовна попросила журнал принести. Да и не спросит никто. Вот ты что бы подумала, если бы ученика с журналом в руках в коридоре встретила?
Что он его тащит в класс по просьбе училки.
Вот, видишь. Все будет путем, не раскисай!
Я вся такая из себя смелая и уверенная была, пока Верку убеждала. Однако стоило мне взяться за дверную ручку учительской, как я превратилась в зайца. Нет, у меня не выросли длинные уши, и маленький кокетливый хвостик не отрос. Только сердце вдруг заячьим сделалось: забилось, затрепетало.
Я бы, разумеется, предпочла постоять у окна рядом с учительской. Если бы какой-нибудь педагог появился в коридоре, я бы начала надсадно кашлять. Вера бы быстренько покинула учительскую без журнала, и спросила бы у некстати появившегося учителя: «Вы не видели Марину Викторовну?». Притворилась бы, что классную ищет.
Светочка, сходи ты. Ну, пожалуйста. Это ведь твой план, ты лучше знаешь, как это все провернуть.
Веркин аргумент, конечно, никуда не годился, однако я вспомнила, как здорово я выгляжу на подправленной подругой аватарке, и согласилась.
В учительской никого не оказалось. Я прикрыла за собой дверь и потрусила на цыпочках к шкафу с журналами. На внутренней боковине шкафа были наклеены бумажки с цифрами, обозначающими классы, так что долго рыться не пришлось. Я в два счета нашла нужный журнал. Книга судеб 8 «Б» стояла на второй полке сверху.
Ты-дыщ! раздалось за моей спиной.
Я развернулась в прыжке, прямо-таки как заяц, испуганный выстрелом охотника. При этом резко дернула журнал, и он потянул за собой несколько собратьев. Журналы сыпались на пол, а я стояла и смотрела на них, замороженная ужасом.
Я всегда знала, что не получится из меня толковая женщина-кошка. А вот женщина-росомаха запросто. Или женщина-слониха в посудной лавке.
Способность соображать все-таки ко мне вернулась (ну, надо же!), и я поняла, что раз из-за двери не доносится надсадный Веркин кашель, значит, никто в ближайшие секунды в учительскую не войдет. Я быстро собрала журналы и запихнула их на полку. Размышлять над тем, в каком порядке они стояли там раньше, было некогда.
По пути к выходу из учительской я заметила, что на полу под вешалкой валяется черное пальто. Вот оно-то и напугало меня до полусмерти, свалившись с вешалки в самый неподходящий момент. Я подняла пальто, повесила его на крючок и степенно вышла в коридор. Мол, что вы, что вы я по делу заходила. Зрителей, чтобы оценить мое актерское мастерство, не нашлось. Только Верка стояла у окна и смотрела на меня как на привидение.
Мы молча направились к лестнице и спустились на первый этаж. Оставалось миновать холл, войти в раздевалку и спрятаться в самом дальнем ее углу там, где у стены стоит скамейка из спортзала. Я уже даже почувствовала себя в безопасности. И тут в холл вплыли они Людка и Наташка из нашего класса. Вот про дежурных-то я как раз и не подумала, когда операцию планировала.
А чего вы все еще в школе? задала резонный вопрос Людмила, не отрывая взгляда от журнала, который торчал у меня под мышкой.
Ой, девчонки, мы спешим, нас в учительскую вызвали, скороговоркой протараторила Вера и потянула меня дальше по коридору мимо раздевалки.
Мы завернули за угол раньше, чем Люда и Наташка успели открыть рот.
Молодец, Вер, вроде и про журнал объяснила, но и ничего конкретного не сказала мало ли кто и зачем нас в учительскую вызвал. Может, у нас оценки спорные, и нас поспрашивать хотят дополнительно.
Если только этих мымр любопытство не замучает, и они не пойдут в учительскую разузнавать подробности.