Всего за 119 руб. Купить полную версию
Ума нет это верно, буркнул Илья. Кузьма, не слушая, продолжал:
Думаешь из-за бабы цыган сломался Он криво усмехнулся, поскреб руками волосы. Что ж, я спорить не буду. Только, может, из-за такой бабы и не грех?
Илья промолчал. Он плохо помнил Данку, которую видел последний раз давным-давно, еще в таборе, на той проклятой свадьбе. Да, красивая была Может, и сейчас что-то от ее красоты осталось, за тридцать ей теперь. Конечно, красивая, но уж никак не лучше, например, Настьки. Да и другие есть не хуже. Однако вслух он говорить этого не стал и буркнул только:
Ни одна из них того не стоит.
Ну, не тебе говорить, не мне слушать, проворчал Кузьма. Помню я, что ты из-за Настьки творил.
Так, морэ, мне двадцать лет было растерялся Илья.
А мне, когда Данка ушла, семнадцать. Да не об том разговор Кузьма, поморщившись, потер кулаком лоб. Господи, похмелиться, что ли?
Похмелялся уж, не оборачиваясь, бросила Варька.
Кузьма искоса взглянул на нее и отвернулся к стене. Через минуту глухо сказал:
Говоришь ни одна из них того не стоит? Да нет, морэ, такая стоит. Я ее девчонкой сопливой взял, и она уже тогда, в пятнадцать лет, красавицей была. И ведь хорошо могли бы жить. Вот душой клянусь до сих пор не пойму, почему она убежала!
Илья уже знал и чувствовал, что ничем хорошим этот разговор не кончится. А Кузьме, казалось, было все равно, слушают его или нет.
Наши ругались, говорили за большой деньгой повелась Шут ее знает, может, и верно. Хотя и я на нее не жалел, в золоте ходила, в шелку Наши-то после того, как Данка сбежала, и здороваться с ней перестали, на улице встретят на другой тротуар переходят, вот как. А я мне Да бог ты мой, я у «Яра» все ночи просиживал, чтобы только посмотреть на нее! вдруг вырвалось у Кузьмы с исступлением.
Илья уже привстал было, чтобы уйти, не выдумывая причины, но Варька от окна сделала ему отчаянный знак, и он опустился на место.
Только взглянуть! Как будто она не жена моя! Как будто не цыганка, а царица небесная! Каждую ночь смотрел, как она с господами в тройки садится Выть хотелось, а я смотрел, потому что Кузьма махнул рукой, смешался и хрипло закончил: Потому что будь она неладна, эта жизнь
Илья молча смотрел в стену.
А сейчас и этого нет. Сейчас она барыня. В Крестовоздвиженском живет, своим домом. Про меня, знамо дело, и не думает. У «Яра» сколько раз нос к носу сталкивались мимо проходила. И ведь в самом деле не узнавала, не притворялась! Посмотрит, как на голое место, и дальше себе идет, стерва такая! С Навроцким этим шестой год живет, чтоб его
Замуж за гаджа вышла? удивился Илья.
Нет, так живет. Нужна она ему замуж Он ведь, лепешка кобылья, подошвы ее не стоит! Картежник, шулер, вся Москва его знает, в долгах с головы до ног. Как подумаю об этом в глазах темно! Вот, ей-богу, напьюсь как-нибудь и убью
Данку?
Навроцкого Ее нет. Ее не смогу. Раньше хотел, но.... На скулах Кузьмы задергались комки. Если бы она с ним хоть хорошо жила, Илья! Да ведь ему деньги ее нужны, золотишко, больше ничего! Все про это знают, и она тоже, а вот поди ж ты
Так, может, и слава богу, морэ, а? осторожно сказал Илья. Бросит он ее, она и
Что, думаешь, ко мне вернется? Кузьма хрипло рассмеялся, не поднимая глаз. И что увидит? Вот это, на что ты сейчас смотришь? Да не смотришь даже, отворачиваешься, чтоб не стошнило А вы ведь с Варькой знали, морэ Голос Кузьмы вдруг потяжелел. Ты ведь про нее все знал, верно? Вы же почти родня, кочевали вместе. Мне уж потом цыгане рассказали, что никакая она не вдова была, а просто потаскуха, ее муж сразу после свадьбы вышвырнул. Ты ведь знал?
Откуда, рехнулся ты, что ли?! не сдержавшись, заорал Илья. Я же еще до ее свадьбы из Москвы уехал! И потом носа моего тут не было!
Пусть так а сестра вот твоя знала. У нее на глазах все было. Могла бы и сказать по-родственному. Глядишь, по-другому бы жизнь моя сложилась. Впервые за весь разговор Кузьма повернулся к Илье. Нехорошо, жестко усмехнулся. Я понимаю Вы, конечно, таборные, концы друг у друга хороните, но могла бы и сказать твоя сестра.
Илья молчал.
Так что, Илья, думай себе что хочешь, но не тебе меня судить. Вроде ничем ты меня не лучше а повезло в жизни кругом. За жену твою весь хор девок отдать не жалко. Детей твоих еще не видал, но, говорят, хорошие. А раз так Сытый голодного не разумеет.