Всего за 400 руб. Купить полную версию
Покачав головой и отхлебнув вино, кен ло Хеерорд взял распечатку первого письма. И улыбнулся. Оно было от матери.
Мать писала чётким, ясным почерком, не набирая текст на клавиатуре, а стилом на панели, как достойно и принято что Род благополучен, потому что отец по-прежнему правит островом от имени Императора и по его воле, женщины и дети все живы, а из мужчин погибли шли два имени дальней родни и пленён врагами
Кен ло Хеерорд положил распечатку на стол и сильно, мёртво припечатал рукой с распяленными пальцами.
Его младший брат. В плену?!
Пальцы сжались в кулак, комкая плотный лист.
Какое-то время кен ло Хеерорд сидел с каменным лицом, переводя дыхание. Потом аккуратно расправил бумагу и ещё раз перечёл строки.
Шээйн в плену. Взят русскими. Взят раненым (короткое облегчение). Да, только раненым, без сознания, беспомощным, Шээйн и мог попасть в плен. Никак иначе. Однажды он, когда ему почудилось, что кто-то что-то не так сказал о девушке, которую он любил, вызвал на поединок всех, кто участвовал в разговоре семерых парней, все старше его, тогда всего-то мальчишки одиннадцати вёсен родом. Всех разом. И только искренние уверения вызванных, что не было сказано ничего недостойного, уверения, в которых не было ни страха, ни насмешки лишь уважение сильных и храбрых к не такому сильному, но ещё более храброму успокоили его и склонили отменить вызовы
Сказали или нет? Сказали или нет о том, что случилось, Риннальд той, чью честь он защищал даже от намёков на намёки? Той, которая в конце концов стала женой брата, и весь Данни гулял на их свадьбе? А их сыну сказали или нет; поймёт ли малыш, что такое плен, что отец в плену? Дочки не точно поймут, они обе ещё и говорить-то не умеют а Риннальд беременна ещё одним мальчиком, и он родится без отца
Кен ло Хеерорд сидел за столом, слепо глядя в листок письма.
* * *
Дождь перестал, и мальчик, сидевший неподвижно в норке из широких листов под торговым навесом, пошевелился. Он не спал, он смотрел на то, как падающая с неба вода взбивает в лёгкую серую пену воду в лужах на площади. Когда пляска струй прекратилась, он шевельнулся и вздохнул.
Мальчику было около семи лет по счёту Земли. Русые, довольно длинные волосы перепутались и были склеены грязью, ею же перемазано лицо с большими серыми глазами, полными каким-то странным ледяным выражением, словно их хозяин смотрит на что-то, невидимое остальным и всё тело; синие когда-то шорты и лёгкие кеды, составлявшие всю одежду мальчика, тоже покрывала грязь.
Три дня назад у него были отец, мать, старший двенадцатилетний брат и младшая двухлетняя сестра. Их семья работала на земное представительство отец занимался обменной торговлей с туземцами, был торгпредом в здешней фактории. Год назад они прилетели сюда с Земли. На другую планету, как в мультике про приключения. Не так уж много на Земле семилетних мальчишек, которым так повезло лететь на планету, где никто ещё и не был из землян!
Это был хороший год. Интересный и весёлый.
А три дня назад Три дня назад
Он сидел и на своём ноуте набирал письмо ребятам из посёлка.
Три дня назад
Мальчик не был голоден, как могло показаться. Местные жители смертельно боялись чужаков, наводнивших их мир в последние три года, не делали между ними никаких различий и старались никак не встревать в их дела. Тоже ни в какие. Поэтому когда мальчик подходил и брал съестное они не замечали. Просто не замечали. А он знал, что надо брать, им всем нравились местные продукты, особенно всякая всячина из здешнего океана, и мама (нетнетнетнееееееет, не думать!!! Не было! Не хочу! Боюсь! Спрятаться!!!)
Нет, он не был голоден. Но он был одинок и напуган напуган до холодного оцепенелого равнодушия. Именно этот страх помог ему остаться в живых, когда отец хромающий, с окровавленным плечом и лицом сильным толчком впихнул его в нишу за холодильником и рывком придвинул шкаф к стене. И, уже невидимый, приказал: «Молчи!»
Оттуда он видел всё. И молчал
Иногда ему он был не совсем уж малышом приходило в голову, что можно просто прийти и поселиться в одном из домов стчк (он произносил этот лихой щелчок легко и неподражаемо брат всегда нет, нет, нет, не надо!!! Не думать! Не думать про них! Нельзя! Плохо! Страшно! Придут!) Но понимания хватало и на то, что слухи всё равно пойдут и следом за слухами придут джаго. Или не они, а кто-то ещё. Всё равно друзей тут нет.