Всего за 154.9 руб. Купить полную версию
Торвард конунг! Халльмунд подскочил к нему, отнял нож и отважно обхватил своего конунга за плечи.
Торвард резко сбросил его руки, но положил сжатые кулаки на стол и опустил на них голову.
Стояла тишина. Домочадцы и гости Эйфинна ярла молча ждали, что будет, и у всех было чувство, будто на их глазах только что вспыхнуло и погасло жгуче-черное пламя. Пламя, способное вмиг спалить дом с людьми, если некому будет его укротить.
Кстати, встречал я этого хрена, если мы про одного и того же говорим, произнес Торвард, не поднимая головы, но уже почти спокойным, только утомленным голосом. Он потом явился на Фидхенн, меня искал.
И что?
Ну, я его убил. Не отправлять же его обратно с таким позором.
А чего ты не захотел с ней остаться? с грубоватым любопытством спросил Эйфинн ярл, ничуть не напуганный. Он много чего повидал. Ну, с Эрхиной. Она же красотка! Я сам ее видел когда-то, она еще не была фрией, тогда еще была жива ее бабка. И тоже подумал: вот повезет тем, кого она будет посвящать
Я ее ненавижу, глухо ответил Торвард в стол, но потом поднял голову и замер, опираясь лбом о сложенные кулаки. Она обманула и опозорила меня, а я ее не смог ни простить, ни убить! И она прокляла меня, и что с этим делать, я не знаю!
Ну, и сделай что-нибудь это, посоветовал Эйфинн ярл.
Что? Торвард поднял на него глаза, как будто отважный и закаленный бурями, но отнюдь не обремененный божественной мудростью ярл и впрямь мог дать ему толковый совет.
Или прости ее, или убей.
Простить? Разорение Аскефьорда, мой позор? Это проклятье, из-за которого я по всем семи морям мечусь, как бешеный волк, уже такого наворотил и еще больше наворочу? Она хотела, чтобы я свернул себе шею на первом же камне. Она сделала меня таким, что я теперь сам кидаюсь на каждый встречный меч, а они все об меня ломаются! Но мне тоже больно! Я все еще жив, но только потому, что моя мать ведьма из рода тех же жриц, но с Козьих островов. Чтобы выдержать ворожбу и той и другой, надо быть железным.
Железным?
Эйфинн ярл поднялся с места, слегка покачиваясь от выпитого пива, пересек палату и пощупал плечо Торварда. Торвард с недоумением покосился на него, но привычно напряг мускулы.
Годится! объявил ярл и хлопнул его по плечу, словно принимал в дружину новичка. Такие плечи можно использовать вместо наковальни. И если уж ты не железный, тогда я не знаю кто.
А душа? Торвард усмехнулся почти мечтательно, словно подумал о блаженстве, которого у него нет и быть не может.
Много хочешь! осадил его Эйфинн ярл и сел на скамью рядом: обратный путь через гридницу показался ему слишком утомительным. Ты сам себе усложняешь жизнь. Если ты и правда стал волком, где это ты, кстати, добыл шкуру белого волка Раммана? то отправляйся на Туаль и загрызи эту стер Нет! Он быстро поднял обе ладони, будто извинялся перед кем-то наверху. Эту прекрасную, мудрую, великолепную жрицу с острова Туаль, раз уж ты считаешь, что тебе с ней на одной земле нет места.
Нет. Торвард мотнул головой. Я ей тоже достаточно крови попортил. Но я хотя бы не мешал ей жить дальше. А она мне
Так ведь говорят, ты забрал у нее какой-то камень
А она мне вбила его в глотку!
Зато теперь тебе нечего бояться. Хуже, чем было, уже быть не может.
Н-да! Торвард криво ухмыльнулся, как Хердис, правой половиной рта. Хоть что-то, да выиграл. Хуже быть уже не может.
Иные могли бы заметить, что не годится мужчине и конунгу так раскрывать свою душу и показывать свою боль перед чужими людьми и возможными противниками. Ведь Эйфинн ярл был ему не родичем и даже не другом. Но Торварду это было совершенно все равно. В чьем угодно доме и перед кем угодно он оставался наедине со своим проклятьем и разговаривал, по большому счету, только с ним одним.
Эйфинн ярл сам понимал, что при всей его силе, власти и влиянии в Западных морях он не смог бы превратить фьялленландского конунга в пожизненного охранника одного из небольших островов, пусть там и правит его дочь. Да и не очень-то он хотел крепко связываться с человеком, которого прокляла фрия Эрхина, в этой части света ее уважали даже больше, чем в Морском Пути, потому что здесь она была ближе, а ее влияние заметнее. А если он одолеет проклятье, то зачем самому Эйфинну прямо под боком настолько сильный молодой соперник? Поэтому он отнюдь не возражал, чтобы Торвард отправился дальше, куда ему будет угодно. Торвард собирался к уладам, и Эйфинн ярл даже мог помочь ему новостями и людьми. В его доме всегда собирались желающие сходить на Эриу или Зеленые острова, и несколько дней спустя Торвард снова вышел в море, но уже во главе не трех, а шести кораблей.