Всего за 40 руб. Купить полную версию
Дела стоящие и суета на побегушках
Сборник рассказов
Нина Пронченко
Редактор Тимофей Александрович Пронченко
Иллюстратор Е. Мешков
© Нина Пронченко, 2018
© Е. Мешков, иллюстрации, 2018
Пустяки! Дело житейское!
Рассказ
На всей нижней половине дома Филипп был один. Старшие братьяв школе, мама и младшая сестрёнка, четырёхлетняя Юнка, убирали спальни наверху. Из интересного сейчас было только то, что перед дверью заднего крыльца хлопал крыльями и громко квохтался петух. Тощий, на длинных ногах. Бестолковый и презлющий: благодарности ни к кому не чувствовал! Малюсенькая и невзрачная голова его гордо торчала на общипанной длинной шее. Совсем недавно петух клюнул в ногу брата Юру, да так крепко, что когда мама мазала ранку зеленкой, в сердцах обещалась сварить суп из злодея, а себе завести нового. Безмозглая птица не раскаялась и, если открыть дверь, петух сразу полезет на рожон. Филипп подумал и закрыл дверь защелкой. Тут сам собою выключился свет! В узком коридоре между домом и баней, воцарилась тьма кромешная.
Но если приглядеться и найти дверь в кладовку, дальше можно не беспокоиться: там было верхнее окошко! Филипп нащупал ручку, дверь отворилась. Два деревянных шкафа, до отказа набитые добром, которое жалко выбросить, хранили много интересного. Он выбрал полку повыше и потянул к себе узкую коробку, совсем новую, попавшую сюда, скорее всего, по ошибке. Коробка, как карандаши, выдвигалась в оба конца. Внутренности её выскочили из обложки и рассыпались по полу. Это были металлические тюбики с разноцветными головками. Он поднял тот, что был с зеленой, открутил, и из тюбика сама собою полезла зеленая змейка, что-то вроде зубной пасты. Пахло приятно.
Мазнул один палец, потом другой. Открутил оранжевую головку и тоже мазнул.
Краски! Да такие «классные», что им и воды не надо! Они и без воды чудесно красились! Сначала Филипп разрисовал только ладошки, потом дошел до локтей, и, любуясь в никелевый самовар на нижней полке, разрисовался под индейца целиком. Накрасил щеки, а закончив второе ухо, подумал, что если, вдруг, индеец маме не понравится, сам в бане вымоется, даже с мылом, и дело с концом!
А в доме уже слышались звонкие голоса. Старшие братья вернулись из школы. Самое время выскочить. И он выскочил!
Тилитили! Трали вали! громко пел вылетевший на середину индеец. Ожидая хохота и восторга, размахивал зелеными руками, прихлопывал оранжевые коленки. Но восторга не последовало.
Ахнул только Юрка, и то, както невесело ахнул Совсем не так следует встречать краснокожих!
Филипп остановил индейский танец. Если тебе не рады, чего зря стараться? Хотел присесть на стул, но тут братья взвыли:
Стой! Стой, где стоишь! Мама тебя видела?
Индеец отвечал словами самого Карлсона:
Пустяки! Дело житейское! Вымоюсь в бане, если что
Филипп! Володя почему то заговорил шепотом.
Какая баня? Краски масляные!
Тебя будут отмачивать в керосиновой бочке!
Мальчишка почуял недоброе: бочка Гвидона просто ерунда в сравнении с той, куда братья собирались засунуть его, Филиппа!
Хорошо еще, что папа не приехал! добавил Юрка, округлив глаза.
Да нет, он еще успеет! уверенно отвечал Володя.
Радость разом сгинула. Своя прежняя неприметная кожа в одну минуту показалась во сто раз лучше расписной индейской!
А из верхней половины дома спускалась мама.
Матерь божья! воскликнула она, увидев младшего сына.
Пустяки! повторил Филипп, уже не так уверенно. Дело житейское!
Какие там пустяки? Труба твое дело! Юрка стоял повелителем, скрестив руки на груди.
Ой, что тебе будет..!
Придумывать наказания старшие братья были великие охотники. Каждый старался преуспеть. Так как мать, присев на лестничную ступеньку, почему-то молчала, дело у них пошло как по маслу.
Будет сидеть в бане! уверенно продолжил Володя. Даже не знаю, сколько ему придется сидеть? Может быть, целую ночь?
Сидеть в бане, как в темных застенках, старшие братья отправлялись на час другой за большие грехи. Филиппа в баню еще никто не сажал, только в коридор, соединявший дом, кладовку и баню под общей крышей.
Обычно он колотил в дверь, требовал свободы. Выл громко, чтобы всем слышно. Но потом вой становился тише, тише и плавно переходил в любимую песню. «Сяду я верхом на коня! пел узник. «Ты неси по полю меня!» Это означало, что мальчишка отыскал себе подходящее занятие. Везде люди живут!