Всего за 0.01 руб. Купить полную версию
Опасность выглядывала из-под каждого угла, освещённого тусклым светом фонаря. Безлунная ночь одна из тех, в которую выходят самые опасные убийцы. Любой из полуночников-сомнамбул, в своём одиночестве блуждающих по городу мог оказаться агентом Роттендалей.
Хоть об этом известно немногим но ночью Бардовый Замок держат в осаде убийцы Роттендалей. Ничто и никто не может войти и выйти оттуда до самого рассвета без ведома псевдо-королевской охраны, разогнать которую у последних верных Его Величеству гвардейцев просто не хватает сил. Зато верные полицейские третьего округа ночью контролируют портовый район. Что прибывает ночью всегда остаётся вне досягаемости клана банкиров. Только благодаря верности этих ребят короне у нас ещё есть шанс. До перестрелки гвардейцев и наёмников не должно дойти это может вызвать самые катастрофические последствия для обеих сторон. Поэтому, оба лагеря должны действовать скрытно. Самое страшное: в этой войне никогда не знаешь, кому можно доверять. Самое мелкое предательство в нужном месте может оказаться решающим.
Мы остановились у моего дома. Дворец ночью был вне нашей досягаемости.
В моём доме нас ждёт друг министр Жаль, прошептал я принцу, но, на всякий случай, никогда не забывайте о револьвере я не всегда смогу вовремя помочь.
Он ничего не ответил. Лишь кивнул головой с такой манерой, что любые дополнительные слова стали бы лишними. Он элегантно вышел из машины, ощущая собственную силу в каждом шаге. Я боялся за него такие самонадеянные молодые люди слишком рано начинают думать о мощи своего интеллекта. И гибнут, к сожалению, ненамного позже.
Дверь открылась и в глаза сразу ударил ослепительный свет. Министр Жаль сидел на диване в гостиной и смотрел на равномерные движения маятника часов, будто был самим Фуко. В руках, вместо обычного виски за состояние, он держал чашку чая. В такой ответственный момент пить не позволительно было даже самому министру. Его неуклюжая голова повернулась к нам с улыбкой.
Проходите быстрее.
Мы так и поступили, закрыв за собой дверь, ограждая себя от ветра и ночи, в которых не читалось ничего, кроме немой враждебности.
Ваше Величество, словами не описать, как я рад вас видеть.
Старый министр даже положил чай на стол и слегка приподнялся таким он казался возбуждённым.
Да, я тоже рад вас видеть, министр, хоть и вижу впервые.
Извиняюсь за нескромность, Ваше Величество, но позвольте узнать, прошло ли ваше путешествие на родину без происшествий.
Даже не укачало. Мы вне карнавальной будки, коею вы звёте дворец так что, вы вполне можете говорить со мной как вам угодно. Спрошу прямо: чего вам надо?
Ваше Величество Меня и многих моих коллег очень волнует, что вы сделаете в первую очередь, когда корона окажется у вас?
Я уже сделал вернулся домой, вступить во владения страной.
Министр уставился на меня с непочтительно широко открытым ртом. Я совершенно искренне пожал плечами, поскольку то, что говорил принц тоже ускользало от моего понимания.
Простите?
Месяц назад я был в Риме. Папа, из понимания щекотливости обстоятельств, согласился короновать меня на месте в столице императоров так что, считайте, что своё первое дело я уже сделал и готов приступить к следующему.
Министр был в настоящем шоке от услышанного. Он бедный человек старых времён, которому стоило бы прислуживать Бурбонам во времена рассвета из династии, а не здесь, где всё изо всех сил старается не отставать от времени. Короли выражаются кратко и как они сами того пожелают; и не требуют чего-то большего от своей свиты. Просветлённая монархия в таких странах короли скорее сами отказываются от всех привилегий, потому что таковых вообще у них не остаётся.
Жаль, всё-таки, взял себя в руки, вспомнив, что говорит с королём, как бы вульгарно тот не выражался.
Могу заверить Ваше Величество, что армия ревностно поддерживает корону. На днях, я говорил с генералом Гёллем. Можете не сомневаться стоит вам только прошептать и они схватят мерзких Роттендалей, со всей их бандой убийц.
Да, я и не сомневался. Расслабьтесь, министр. Поберегите силы на будущее. Надорвётесь ещё раньше времени, с этими словами, новый король похлопал министра по плечу.
Хорошая новость: у нового короля есть чувство юмора; плохая это чёрный юмор.
Ночь. Три человека, нисколько не похожие друг на друга, сидели у камина и смотрели, как горят паленья, а затем как медленно угасает пламя. Один из них старался понравиться королю и то и дело бросался шутками, случайно услышанными от лакеев в своём доме. Но шутить он не умел не та людская порода. Он знал человека, который мог нести какую-то несусветную чушь и все, кто его слышал, заливались смехом. Даже если он пересказывал лучшие из слов своего знакомого комика из его побледневших губ вылетала либо грустная история, либо до скуки официальная. Так продолжалось уже десять лет. Но Жаль никогда не прекращал борьбы в этом маленьком пространстве, действуя, скорее, из отчаяния, чем от желания смешить, как сумасшедший бьёт палкой дуб и страдает, что не может и не знает, как это дерево срубить. Ему оставалось лишь жалеть о потерянном времени.