Всего за 149 руб. Купить полную версию
Куда едем, Андрей Владимирович? обернулся к нему Славик.
Как всегда, в офис. Мог бы и не спрашивать! усмехнулся Андрей. Давай пошустрей, а то уже пробки начинаются
Есть пошустрей! Славик счастливо улыбнулся и нажал на газ.
Они мчались по окраинным улочкам, где машин было еще мало Славик неплохо знал Москву и старался лишний раз не выезжать на основные трассы.
Старые дома нависали над узкими тротуарами, прохожих в этих местах почти не было. Мост, колокольня у пустыря, который еще не успели застроить, кафе с замшелыми окнами наподобие тех заведений, которые раньше назывались «рюмочными» Андрей машинально разглядывал проносящийся мимо фон, стараясь не думать о Черткове.
Особых злодейств компаньон Андрея не совершал, но был круглым дураком, очень мало разбирающимся в бизнесе. А недавно из-за Черткова даже пришлось судиться с одной вышестоящей инстанцией, поскольку тот, не посоветовавшись с Андреем, предпринял несколько самостоятельных шагов. Чертков был костью в горле. Если бы Чертков в одночасье скончался, Андрей вздохнул бы с облегчением. Хотя нет, на смену бывшему компаньону пришла бы мадам Черткова
Стоп-стоп-стоп Славик, а это что там?
Где, Андрей Владимирович?
Да вот, только что проехали
Славик стремительно свернул в переулок, сделал круг.
Здесь, что ли?
Да. Подожди меня Андрей вылез из машины и остановился перед ступенями, ведущими в подвал. На фасаде здания мигала вывеска: «Музыкальные инструменты».
Андрей спустился по лестнице, толкнул тяжелую дверь колокольчик над головой нежно и мелодично звякнул.
Поспешных и необдуманных покупок Андрей (в отличие от Вики) никогда не делал. Всегда давал Эмме поручения сначала разобраться: где надежней продавец, у кого лучше товар и даже где он дешевле, при прочих равных. Да и вообще Андрей никаких покупок никогда самостоятельно не делал, переадресовывая все свои нужды помощнице. Но тут на него словно нашло
Он стоял и озирался. Вокруг теснились пианино, в стеклянных витринах поблескивали лаком скрипки, громоздились пузатые барабаны И пахло как-то по-особенному, волнующе.
Как бы помочь? К нему протискивался парень, явно из «продвинутой» молодежи в каких-то немыслимых рваных штанах, сшитой из лоскутов кофте с бритой головой и весь утыканный пирсингом на открытых участках кожи то здесь, то там поблескивали металлические заклепки. Словно дробью в парня стреляли!
Меня интересуют саксофоны.
Прошу блин, не пройти! Саксофоны у нас в следующем зале.
Они остановились перед витриной с саксофонами.
Скажите, а это вообще реально научиться играть на таком инструменте? сдержанно спросил Андрей.
Как бы если есть возможности и желание, то и коза в состоянии баян освоить! сострил «продвинутый».
Ну, мне баян ни к чему! сухо произнес Андрей. А вот от саксофона не откажусь. Какую модель посоветуете?
«Продвинутый» моментально посерьезнел.
Вот тут у нас несколько моделей Объяснить, чем отличаются?
Да уж, пожалуйста
Саксофон это духовой инструмент. Есть сопрано-саксофоны, альт там, баритон или тенор-саксофоны. В общем, различаются размерами и, соответственно, высотой звучания. Вам побольше, поменьше? простодушно спросил продавец.
Через некоторое время Андрей вышел из подвала, прижимая к груди большой футляр с саксофоном. Андрея не покидало чувство, что он совершает нечто странное, нелогичное
Приехав в офис, сразу прошел в свой кабинет, достал саксофон из футляра, принялся с жадным любопытством разглядывать.
А потом, уже не в силах сдержаться, поднес инструмент к губам, дунул в мундштук, неловко нажав на какую-то кнопку. Раздался резкий, пронзительный звук.
Ай! завопила Эмма, в этот момент входившая в кабинет, и уронила папки, которые до того собиралась положить на стол босса. О господи, Андрей! Простите Андрей Владимирович! Что это такое?
Это, Эмма, мое новое хобби. Хочу научиться играть на саксофоне. Как вы на это смотрите?
Как растерялась Эмма. Я я с большим уважением отношусь к вашему хобби. По-моему, это будет чудесно, если ты простите, если вы будете играть на этой штуке!
Она протянула руку и осторожно, кончиками пальцев, прикоснулась к блестящему боку саксофона. Тут же руку отдернула, словно поняла, что совершает нечто непозволительное, фамильярное, недопустимое.