Всего за 200 руб. Купить полную версию
Они встречались, она считалась его невестой. Он без вести пропал. Девушка грустит, девушку надо развлечь спутница мадемуазель Аржан потребовала шампанского:
У нас праздник, месье Огюст, сказала она, мы намереваемся веселиться Макс поймал себя на улыбке:
Генриху мадемуазель Аржан тоже нравится. Похвастаюсь, что я с ней танцевал. Может быть, и не только танцевал Макс не испытывал иллюзий относительно кинозвезд. Весь Берлин знал, что рейхсминистр пропаганды считает кинофабрику в Бабельсберге чем-то вроде личного борделя.
Отто в Норвегию летает Макс поправил шелковый, итальянский галстук, бык-производитель оберштурмбанфюреру не понравились девушки в Дании. Он слышал, что норвежки еще более некрасивы:
Они коровы усмехнулся Макс, то ли дело француженки, как мадемуазель Аржан, или бельгийки, как мадемуазель Элиза. Видна стать, элегантность, воспитание он хотел привезти Эмме парижские духи:
Ей шестнадцать лет. Пора приучаться к хорошей одежде, оставить теннисные юбки, спортивные туфли и значки Союза Немецких Девушек Макса немецкие девушки не привлекали. Фюрер призывал к скромности, а Макс любил женщин в шелковых платьях, на высоких каблуках, в красивом белье.
Кроме 1103. Ей я готов простить даже хлопковые чулки, на резинках он вспомнил белую кожу, коротко стриженые, рыжие волосы, косточки на позвоночнике, выступающие, острые лопатки. Мадемуазель Аржан сидела к Максу в профиль. Он видел изящный нос, с французской горбинкой, длинные ресницы. Темный локон щекотал маленькое ухо, с жемчужной сережкой:
Она может приехать в Берлин решил Макс, у нас отличное кинопроизводство. Французы свое свернули. Пока мы выработаем директивы о том, что позволено снимать в оккупированных странах, пройдет время. Зачем простаивать актрисе? Рейхсфюреру Гиммлеру она нравится на Принц-Альбрехтштрассе часто устраивали закрытые показы новых фильмов, для сотрудников:
Еще американцы ее перехватят Макс помнил сцену, в «Человеке-звере», где мадемуазель Аржан появлялась в одних шелковых чулках и низко вырезанном корсете, по моде прошлого века. Макс даже сцепил пальцы, чтобы успокоиться.
Он понял, на кого похожа мадемуазель Аржан:
Нефертити. У Эммы тоже миндалевидный разрез глаз. Интересно, в кого? девушки чокнулись хрустальными бокалами. Они пили «Вдову Клико». Макс решил:
Следующий танец. Надо первым к ней подойти. Я вижу, как на нее азиат уставился. Фюрер объявил их арийцами, однако они спят на полу и едят сырую рыбу Роза, одними губами, сказала Аннет:
Шведа сейчас удар хватит, хотя бы улыбнись ему. Он в тебе дырку просмотрел, как и азиат Роза махнула ресницами в сторону столика, где, в одиночестве, сидел отлично одетый китаец, или японец. Смуглое лицо было непроницаемым. Аннет заметила, что мужчина, лет тридцати, не спускает с нее глаз.
Роза, изящным жестом, намазала на ржаной тост черную, иранскую икру:
Может быть, и не придется ездить на Лазурный Берег, моя дорогая. Я бы ставила на шведа. Стокгольм красивый город, я туда летала на съемки, от Vogue. Не Париж она смерила оценивающим взглядом предполагаемого шведа, но в Париже нам скоро не будут рады красивые губы искривились. Аннет вздохнула:
Я не могу, Роза. Теодор жив, он вернется бывшая мадам Тетанже положила теплые пальцы на узкую ладонь девушки:
Я тоже в это верю, милая. Но если не вернется Роза подытожила:
Если мы сами, о себе, не позаботимся, никто этого не сделает, Аннет. Мы никому не нужны Аннет видела настойчивый взгляд светловолосого, высокого, красивого мужчины.
У него нет кольца, углом рта шепнула Роза, потанцуй с ним. Танец тебя ни к чему не обязывает. У азиата кольцо имеется, он женат Наримуне никак не ожидал увидеть свояченицу в «Рице».
И что я ей скажу? думал граф:
Она ничего не знает. Не знает, что у нее есть сестра, что она, на самом деле, Горовиц, а не Гольдшмидт. Пригласить ее на танец: «Здравствуйте, я ваш зять». У меня даже письма Регины при себе нет, конверт в номере Наримуне заметил давешнего, светловолосого мужчину, из вестибюля. Его спутник сначала сидел за столом, но вышел из зала:
Ладно, вздохнул граф, отложим. Пусть мадемуазель Аннет спокойно пообедает. Не стоит о подобном в «Рице» говорить. Приеду на Левый Берег, вечером, с письмом свояченице и ее подруге официант принес две бутылки шампанского: