Всего за 114.9 руб. Купить полную версию
«А ведь ничего Ровным счетом ничего не изменилось за сто лет! поразила меня неожиданная мысль. Все вернулось на круги своя! Тупое самодовольство, недальновидность и некомпетентность многих высокопоставленных персон Сатанисты и предатели во властных структурах, в органах госбезопасности, в Церкви Страстное желание Запада изничтожить Россию и Православие В начале двадцатого века оттуда финансировали и духовно вдохновляли революционные бандформирования. В конце двадцатого и в начале двадцать первого поддерживают мятежников на Северном Кавказе! Какой-то заколдованный круг получается За теми событиями столетней давности последовали кровавые войны, массовые репрессии, гибель десятков миллионов русских людей. А что ожидает нас в двадцать первом веке?!
Судя по некоторым признакам»
Мои размышления прервал лязг отодвигаемого засова. Дверь отворилась, и в камеру заглянула хлыщеватая физиономия с усиками.
Не сдох! удовлетворенно констатировала она. Вот и прекрасно! Столыпина «шлепнули» час назад, и теперь господин Геддес желает посмотреть на того, кто едва не помешал устранить это серьезнейшее препятствие на пути к свободе!
На пути в царство антихриста придурок! выдавил я.
В камеру тяжеловесно протиснулись два боевика из недобитых «засадников».
Взяли под руки и вперед! коброй прошипела «физиономия». Особо не церемоньтесь. Не долго уж ему!..
Глава V
Грубо, постоянно ударяя ранеными ногами о ступени, меня протащили по нескольким лестницам, заволокли в комнату на втором этаже и бросили в угол. К моменту моего прибытия там находились трое и беседовали. Причем один (вероятно, «английский друг») развалился в кресле, посасывая сигару, а двое стояли у стены чуть ли не навытяжку. Тип в кресле небрежно махнул рукой, и «физиономия» с боевиками на цыпочках вышла в коридор. Присмотревшись к оставшимся в комнате, я слегка вздрогнул. «Английский друг» оказался Иосифом Геддесом! За минувшие шесть лет его внешность почти не изменилась. Только пополнел немного, да родинка на левой щеке разрослась до безобразных размеров. У стены же стояли двойники известных в наши времена либералов: Валерии Новохлевской и Анатолия Бабайса. «Новохлевская» была одета в вульгарное, цветастое платье, а «Бабайс» в лакейский кафтан.
Итак, проклятый вешатель убит. Вы, мадам, присутствовали в зале Киевской оперы. Опишите его последние минуты. Длинный палец с грязным ногтем указал на Новохлевскую. Геддес говорил по-русски вполне свободно, с небольшим акцентом.
«Быстро обучился, сукин сын! зло подумал я. А скорее всего, он знал наш язык и раньше, но скрывал».
Злодей стоял у рампы, когда мужественный Богров дважды выстрелил в него, басовито забулькала «Новохлевская». Одна пуля попала в грудь, другая в левую руку. Столыпин пронзительно взвизгнул, заскулил «По-мо-ги-и-ите!», шлепнулся об пол как мешок с дерьмом и издох в страшных судорогах!
Брешешь ты все жирная потаскуха! собрав волю в кулак, прохрипел я из своего угла. На самом деле раненый премьер даже не пошатнулся. Он повернулся к ложе, в которой находился царь, и перекрестил ее дрожащей рукой. Потом неторопливыми движениями Столыпин положил на оркестровый барьер фуражку, перчатки и лишь тогда упал в кресло. Кроме того, он тяжело ранен, но еще не мертв!
Врешь! Мерзавец! Подлец! Черносотенец! Жандармская морда! по базарному завопила «Новохлевская».
Заткнись, ушам больно, оборвал ее Геддес и по-английски обратился к «Бабайсу»: Ты тоже был в опере. Правду ли сказал ротмистр?!
Правду, неохотно сознался тот. Валерия хотела сделать Вам приятное, но переборщила по скудоумию. Безграмотная содержательница борделя, из потомственных проституток Чего с нее взять?
Та-а-ак! Низколобое лицо с оттопыренными ушами налилось кровью. Выходит, операция провалилась! Вам, дорогие мои, придется ответить за бесполезную растрату выделенных нами финансов!
Веснушчатая физия «Бабайса» мертвенно побледнела, покрылась испариной.
Нет, нет! Не надо репрессий! трусливо зачастил он. У меня есть достоверная информация от наших врачей. Раны премьера не совместимы с жизнью! Первая пуля (та, что в грудь) попала в крест святого Владимира, раздробила его и ушла в сторону от сердца. Тем не менее она пробила грудную клетку, плевру, груднобрюшную преграду и печень. Вешатель отправлен в клинику Маковского. По словам работающего там доктора Воронова (члена ложи «Северная Звезда»), Столыпин проживет три, максимум четыре дня. А уж Воронов специалист первоклассный! Он никогда не ошибается в прогнозах!