Всего за 15.72 руб. Купить полную версию
Одни говорят, что в лабиринте этом полным-полно ядовитых гадов; другие же утверждают, что наместник установил в нем многочисленные ловушки. Так или иначе, лабиринт так сложно устроен, что никто, исключая самого старого наместника, никогда не отваживался войти в него. Наместник же посещал лабиринт почти каждый день и проводил в нем нескончаемые часы.
Судья Ди выслушал рассказ Дао Ганя с большим интересом.
- Прелюбопытнейшая история! - воскликнул он. - Часто ли Да Кей навещает загородный дом?
Дао Гань покачал головой:
- Нет. Да Кей уехал оттуда сразу же после похорон старого наместника и никогда не возвращался. В особняке сейчас никто не живет, если не считать старика привратника и его жены. Люди говорят, что это место населено демонами и что по ночам дух старого наместника бродит там. Все стараются объезжать имение стороной даже при свете дня. Городская же усадьба наместника расположена у самых восточных врат. Но Да Кей продал ее вскоре после смерти отца и купил нынешний свой дом на другом конце города. Дом стоит на пустоши в юго-западном квартале, возле самой реки. Сам я туда сходить не успел, но люди говорят, что это - богатый дом, обнесенный высокой стеной.
Судья Ди поднялся и стал прохаживаться по кабинету.
Вскоре он нетерпеливо заговорил:
- Свержение Цзянь Моу выглядит для меня делом, которое не требует ничего, кроме военной силы, поэтому в настоящий момент оно не особенно интересует меня. Слишком похоже на игру в шахматы, когда противник и его силы известны с самого начала и не предвидится никаких неожиданностей. С другой стороны, я немало заинтригован двумя интереснейшими случаями, а именно двусмысленным завещанием наместника Да и еще не совершившимся, но ожидаемым убийством генерала Дина. Я бы хотел сосредоточиться на этих двух загадках, а вместо этого первым делом я вынужден свергать жалкого местечкового самодура! Какая нелепая история!
В гневе судья дернул себя за бороду, а затем сказал:
- Ладно, видать, с этим ничего не поделаешь! Сейчас надо перекусить, а потом мы откроем первое заседание суда.
И с этими словами судья Ди вышел из кабинета. Его помощники последовали за ним в пустую казарму, где домоправитель приготовил для них простую трапезу.
Когда они входили в казарму, Цзяо Дай сделал знак Ма Жуну, чтобы тот задержался в коридоре, и прошептал ему:
- Опасаюсь, что его превосходительство недооценивает, какая сила нам противостоит. Мы с вами опытные воины, мы знаем, что у нас нет надежды на победу. У Цзянь Моу - сто обученных бойцов; у нас, не считая самого судьи, только вы да я. До ближайшей заставы три дня скакать верхом. Не следует ли нам убедить судью не проявлять беспечность?
Ма Жун потеребил свои короткие усики.
- Судья Ди, - сказал он тихо, - знает не меньше твоего. Полагаю, он уже изобрел план действий, пригодный в нашем положении.
- Ни один хитроумный план, - заметил Цзяо Дай, - не поможет против превосходящей силы. Мы готовы на все, но что станется с женами судьи и его детьми? Цзянь не пощадит их. Считаю, что мы обязаны предложить судье сперва притворно подчиниться Цзяню, а затем продумать, как напасть на него. Через две недели у нас здесь будет полк солдат.
Ма Жун покачал головой.
- Никто не рад непрошеным советам, - сказал он. - Стоит подождать и посмотреть, что будет дальше. Нет лучше смерти, чем отважно пасть в честном бою.
- Отлично, - сказал Цзяо Дай, - присоединимся к остальным и будем молчать о нашей беседе, дабы не тревожить десятника и Дао Ганя.
Они вошли в казарму стражи и со вкусом принялись за еду.
Съев рис, Дао Гань утер рукой подбородок и сказал:
- Я служу более трех лет под началом судьи Ди и, как мне кажется, неплохо его понимаю.