Со всех сторон сыплятся награды, за обычные, на общем уровне деяния. Вот орденок героя, за ваше разумное руководство сельским хозяйством, то есть целиной, а вот еще, маршальский жезл и опять героя, за то что вы были политработником на Малой земле, еще один орден героя... и так без конца. А Леонид Ильич уже и ничем не управляет, он даже от дряхлости не понимает, зачем он там наверху и только, как игрушкам рад наградам...
- Это же жестоко...
- Кому, истории или современности? Я коснулся очень опасного вопроса и это сразу уловили партийные деятели. Почему заволновался Дмитрий Константинович, Андрейченко и другие. Потому что историю, надо понимать, ее аналоги все время выпирают наружу, а эти аналоги партии не нужны. Поэтому историков у нас делают тупыми, стараются их выпускают как статистов. Был факт, хорошо, нет факта, тоже хорошо.
Гюльнара идет рядом и молчит. Я тоже замолкаю и мы так доходим до ее дома. Она поворачивается ко мне.
- Я все поняла и хочу быть с тобой.
Она обхватывает мою голову и целует. История действительно повторяется, девушки проявляют инициативу и целуют меня первыми. Ох уж эта история, может это малая спираль...
"Прошло два года после Куликовской битвы. За это время Тохтамыш захватил Золотую Орду и после ряда гнусных интриг, затеянных Суздальскими князьям, порвал отношения с Дмитрием и из союзника превратился во врага, теперь он стал готовится к вторжению на Русь. Князья из совета уговорили Дмитрия простить измену Олега и совершенно не готовились к обороне страны. Были решено, ради сохранения казны, сократить и так поредевшую великокняжескую дружину. Отменены отдельные отряды самострельщиков. И все это из-за того, что в обществе укрепилось мнение о том, что татарам преподнесли урок и те больше не сунуться сюда. Даже при первом требовании Тохтамыша год тому назад о выплате дани, князья со смехом выгнали послов.
Стол полон кубков и яств. Князь Дмитрий сидит во главе стола. Князья немного под хмельков и появление измученного гонца, ни на кого не произвело впечатления. Первым его увидел князь Владимир Андреевич.
- Ты чего здесь?
- Беда князь. Тохтамыш вышел из Орды и с огромным войском идет сюда.
Сразу наступила дикая тишина.
- Где он? - подавленно спросил Дмитрий.
- Вступил в землю рязанскую.
- Что же нас Олег не предупредил?
- Он примкнул к Тохтамышу и ведет его, как простой проводник, к Москве.
- Этого не может быть? - воскликнул князь Новгородский. - Он же целовал крест перед князем.
- Он уже до этого дважды изменял Дмитрию, - сказал Владимир Андреевич. - Что еще? - обратился он к гонцу.
- Хан Тохтамыш договорился с болгарскими купцами, что те предоставят ему свои суда на Волге. Часть конных отрядов он переправил на другую сторону реки, а часть пеших послал вверх по реке.
Застолье явно было испорчено.
- Пошел вон, - рявкнул Дмитрий Суздальский на гонца.
Гонец вышел.
- Что же делать? - растеряно спросил Дмитрий.
- Уходить надо, - сразу высказал Михаил Тверской, - забирать дружину и срочно отправляться в Кострому.
- Пойми, Дмитрий, - авторитетно говорил Дмитрий Нижегородский, - в последнее сражение на Куликовом поле, погибла почти половина наших воинов, осталось много увеченных и больных, мы уже на Руси не соберем столько воинов, как тогда.
- Но новгородцы, Боброк, со своими дружинами с Ржева подойдет к нам, другие князья подмогут, еще сохранилось русское воинство. Мы успеем собрать войско. Только Москва даст несколько полков из посадских, - воспротивился князь Владимир Андреевич.
- Что там новгородцы, Боброк, князья? Нам просто не успеть собрать огромное войско. А на Москву, если ли на нее надежда? Вспомни как на Куликовом поле, первые побежали Московские полки из посадских. Это не воины.
- Погодите, хан до нас за три недели не доберется.