Всего за 74.9 руб. Купить полную версию
Это положение центральное и имеет далеко идущие выводы.
Необходимо дифференцировать облегчение и опосредование на внутреннее и внешнее. Внешнее облегчение достигается за счет внешнего уникального неспецифического раздражителя; внутреннее облегчение есть эффект от «неучреждения» новой функции, принципиальное использование старой. Внешнее опосредование опосредование, достигаемое через окружающую внешнюю среду уникальный неспецифический раздражитель; внутреннее есть опосредование, достигаемое старой доминантной констелляцией, которая ранее употреблялась для других целей.
Необходимо также дифференцировать в опосредованном его встречные ходы прямой и обратный: опосредованное воздействие организма на реальность (прямой ход) и опосредованное использование организмом воздействия внешней реальности на себя (обратный ход), что означает использование уникального неспецифического раздражителя для корроборирования соответствующей уникальной неспецифической констелляции с определенной целью. Это означает, что посредством части окружающей реальности, четко дифференцированной организмом, осуществляется тренаж и укрепление функционального органа, всего организма для достижения актуальной задачи. Уникальность происходящего каждый раз заключается не только в относительно привычном использовании отмеченного организмом повторяющегося случая как такового, но и в том, что указанный «тренирующий» отрезок реальности и возникающее «состояние наилучшей готовности и натренированности» нельзя ничем заменить, например, создать волевым способом. Таким образом, уникальный неспецифический раздражитель, его нахождение и дальнейшее использование есть незаменимое условие развития функционального органа и живой системы. Особое значение имеет обратный ход опосредованного в репродуцирующем творчестве, представляющем собой целую сферу человеческой деятельности.
В науках биологического ряда есть феномены, представляющие собой как бы бесцельное повторение функции. Однако во всех случаях такие повторения не бесцельны, это непрестанный поиск положения, при котором отправления старой функции могли бы быть применены вновь для новой задачи.
В известном феномене растормаживания заключена отнюдь не негативная сторона деятельности. Это не редукция, не «мешающие» издержки организма. Растормаживание это процесс, оказывающий в зависимости от состояния и организма, и внешней реальности, от силы растормаживающего агента и субъективной оценки этой силы, целостное воздействие на организм.
Поэтому растормаживание действует по определенному вектору, дающему приоритет в восстановлении (укреплении) части дифференцировок, вплоть до строго определенного, тончайшего их среза, перед всеми остальными, восстанавливает любые комбинации дифференцировок как симультанно, так и сукцессивно. Ведь что-то всегда должно восстанавливаться от растормаживающего агента и растормаживания, и в этом смысле сохранение тонких, вернее, необходимых и достаточных дифференцировок есть не что иное, как их укрепление, восстановление. Это особенно важно, когда такое восстановление проходит на фоне яркого энергоэффекта. Очевидно, для улавливания подобного энергоэффекта феномен растормаживания и существует. В чем и заключается его главный смысл. Именно эта скрытая сторона растормаживания является основной; в ней обнаруживается тождественность растормаживания как восстановления дифференцировок доминантным корроборациям на неспецифический раздражитель. Таким образом, растормаживание и корроборация представляют в физиологии одно и то же явление и тем самым методологически предельно разведены.
И. П. Павлов исследовал растормаживание на механизме создания условного рефлекса, однако «имеется определенная зависимость образования условного рефлекса от развития доминантных процессов в нервной системе. Только с той воспринимающей поверхности можно образовать условный рефлекс, при воздействии на которую в центральной нервной системе возникают функциональные взаимодействия доминантного характера» (курсив мой. В. В.) (см.: Выготский Л. С. Собр. соч.: В 6 т. М., 1962. Т. IV. С. 290).
Психофизиологический феномен Н. А. Бернштейна «повторение без повторения», возникающий при построении движения и улучшения его с каждой последующей попыткой[7], этологический феномен смещенного поведения, экспериментально-психологический феномен переноса должны рассматриваться под тем же углом зрения, под каким рассматривается непрестанный поиск в онтогенезе отмобилизованных филогенетических механизмов на текущую и изменяющуюся реальность[8].