Всего за 364.9 руб. Купить полную версию
Чего изволите? Голос хозяина кабинета оказался высоким и тонким, словно тот надышался гелием. Я с трудом удержался от идиотской улыбки. А вот Лора стесняться не стала:
Мы ищем человека по имени Ласс Хольте, пупсик. Поможешь нам?
С минуту клерк растерянно хлопал глазами сквозь стеклянные линзы, а потом, проглотив «пупсика», пропищал:
Десять левров, и без сдачи, пожалуйста.
Лора позвенела мелочью в кармане и протянула толстяку две медные монетки.
И с чего бы всем вдруг понадобился этот Хольте?.. пробормотал клерк, грузно приподнявшись со своего скрипучего стула, однако Лора ловко отдернула руку, спрятав деньги в кулаке.
Стоп, стоп, стоп, зайчик, ласково улыбаясь, произнесла она, скажи-ка мне, а кто еще интересовался стариком Лассом?
Сквозило в ее улыбке что-то хищное, кровожадное, такое, от чего владелец кабинета зябко поежился, но все же не позабыл о своих служебных обязанностях:
Не могу сообщить. Не имею права. Это конфиденциальная информация.
Лора бочком уселась на краешек стола, сдвинув бумаги в сторону, ухватила клерка за уголок воротника и с силой притянула к себе.
А если я очень попрошу, пупсик?
Тот шумно сглотнул и порозовел, вмиг покрывшись испариной.
Н-не могу. Не положено
Вот что за мужики пошли, фыркнула Лора, не выпуская тем не менее свою добычу из цепких пальцев, стоит женщине чего-нибудь захотеть, так не могут. Придется принимать кардинальные меры.
Она ловко перекинула ноги через стол и, продолжая удерживать толстяка в полусогнутом положении, свободной рукой ухватила его за штаны чуть пониже пояса. Судя по тому, как розовая краска схлынула с его щек, уступив место мертвенной бледности, хватка у Лоры оказалась крепкой.
А так?
Ы-ы-э-э-о!.. простонал чиновник, даже не пытаясь освободиться.
Дай-ка я догадаюсь, прервал я этот содержательный монолог. Честно говоря, смотреть на мучения толстяка мне было не слишком приятно: при виде сжатых пальцев моей спутницы у меня самого все холодело внутри.
Блондинка, коротко стриженная, среднего роста, примерно вот такого. Говорит со странным акцентом. Да?
Клерк мелко закивал.
Давно она тут была?
Се дня Два А-а-а
Сегодня, два часа назад?
Толстяк снова заколыхался, тряся головой в знак согласия.
Отпусти его, Лора.
Я взглянул на подаренные часы. Да уж, чего-то подобного вполне следовало ожидать. Впрочем, фора у незваной гостьи не столь уж большая, если поспешить, может быть, удастся даже опередить ее.
Это Эйжел, сказал я по-русски.
Та самая девушка из Очага?
Да. И мне это совершенно не нравится.
Лора снова повернулась к своему пленнику.
Адрес!
Улица Цветочная, дом пять, по памяти отбарабанил тот и жалобно проблеял: Что-нибудь еще?
Только один поцелуй, котеночек, с хищной улыбкой потянулась к отшатнувшемуся клерку Лора и тут же, хохотнув, потрепала его по щеке. Шучу, шучу, не напруди в штанишки! Пока, сладенький!
Послав ему воздушный поцелуй, она развернулась на каблуках и юркнула за дверь, оставив растерянного толстяка ошарашенно глядеть ей вслед. Я отметил про себя, что положенных за справку денег она так и не заплатила.
Цветочная Знать бы, где это? задумчиво произнесла Лора, когда мы вновь очутились на улице.
Западная окраина города, сообщил я, отсюда минут тридцать пешком.
Ты же говорил, что никогда не был в Венальде? Лора бросила на меня косой взгляд.
Я и не был. Просто в отличие от некоторых я перед отъездом не музыку в интернете слушал, а карту изучил.
Она снова покосилась в мою сторону, но промолчала. Я улыбнулся: наглость и самоуверенность взбалмошной девицы изрядно меня достали, и эта маленькая шпилька в ее адрес приятно согрела душу.
Ну, тогда веди, Сусанин
И я повел. Прохладный ветер краймарской столицы доносил откуда-то издалека шум паровых машин и перекличку уличных торговцев. В воздухе витал смолянистый запах горелой древесины горожане топили печи, спасаясь от студеного дыхания уходящей зимы. Солнце выбелило покрытую инеем брусчатку тротуаров, искрясь в ледяном крошеве, словно в россыпи драгоценных алмазов. Подумалось, что этот странный город, словно перенесенный каким-то чудом в краймарские снега из восточной сказки, таит в себе нечто притягательное, заставляющее сердце биться чаще. Венальд, как знающая себе цену красавица, умел очаровывать. Но для чужаков он холоден и неприступен.