Вэй У Вэй - Десятый человек стр 6.

7 Сближение II

Обнаружение ищущего

Когда Свет ищет Тьму,

Он находит лишь понимание, что «найденное»

Это отсутствие того, кто искал.

Ищущий может найти лишь свое собственное отсутствие,

Поскольку то, что ищет,  это единственное, что может быть найдено.

Следовательно, вопрос «Кто я?»  это Свет,

Ищущий Тьму «меня»

И обнаруживший, что нет никакого «Кто?»,

Но есть лишь отсутствие присутствия того- что- спрашивает.

Замечание: Почему Свет ищет Тьму? Потому что во Вселенной больше нет ничего, что он не нашел.

В покое чистая потенциальность,

Функционируя, она ищет себя как другого,

Чтобы обнаружить, что отсутствие другого

Есть отсутствие, которое и есть она.

Поскольку всякое «я» есть другой

И всякий другой есть «я»;

И во всей Вселенной

Не бывает ничего другого, кроме «я».

Не найдя никакого «я», отличного от другого,

Ищущий должен обнаружить, что никакой другой не отличен от «я»,

Так что в отсутствие и «я» и другого

Возможен совершенный покой

Присутствия абсолютного отсутствия.

8 Сближение III

Отождествление

Бывает ли иной-чем-«я»,

Который никогда не имел никакого «я», не нуждался в нем и не знал его?

Бывает ли «я»,

Которое никогда не имело никакого «другого», не нуждалось в нем и не знало его?

Ища себя,

Что может найти «я», кроме как другого?

Ища другого,

Что может найти «я», кроме как себя?

Ведь другой есть отсутствие себя,

А «я» есть отсутствие другого.

9 Когда ум постится

В форме дискурса

«Я» и «другой»  две пустые концепции, обе полностью лишены правдоподобия и обретают какой-то смысл только в своей обоюдной зависимости как явления в уме.

Нет ни «я», ни иного-чем-«я». Они не существуют, кроме как феномены.

Они есть то, что они есть, когда они не являются чем-то. Будучи вымыслом как объекты, они представляют собой ум, познающий их внутри себя, и это познавание их само есть их феноменальное бытие.

Проводить между ними различие абсурдно, отождествляться с одним из них и считать другого независимым глупо, требовать одного и отказываться от другого бестолковая чушь отождествления, поскольку они есть то, что я есть, а то, что я есть,  это то, что всё есть.

«То» не отлично от «этого», а «это» не отлично от обоих, поскольку каждое это познавание обоих, и таково то, что я есть.

«Я» и «другой»  это образы, простирающиеся в концептуальном пространстве и концептуальном времени (длительности) и таким образом доступные восприятию как феномены, и их бытие лежит в их взаимозависимом постижении.

Для мудреца разделение на «я» и иное-чем-«я»  это просто детское «давайте представим», когда дети в кого-то играют.

10 Постигая тождественность всех противоположностей

Диалектически. Главы 1014

Так же как через взаимное наложение позитива и негатива в фотографической пленке противоположные элементы света и тени дополняют друг друга, вызывая взаимную аннигиляцию, так происходит и со всеми взаимозависимыми частями, позитивными и негативными концепциями, иногда называемыми противоположностями или дополнениями.

Не важно, создаем ли мы концепции сансары и нирваны, объекта и субъекта, феномена и ноумена, «я» и «другого», присутствия и отсутствия все они представляют собой аспекты разделения ума в процессе концептуализации, называемом двойственностью. Отсутствие этого процесса недвойственность, или адвайта, при которой ум не затронут концептуализированием,  есть возвращение к целостному уму, называемому «истиной чань». Это предполагает разотождествление с феноменальным объектом, или психосоматикой, и живописно называется «просветлением», или освобождением от мнимой связанности, возникающей в результате этого отождествления.

Такое отождествление влечет за собой концептуальное расщепление цельного праджнического осознавания на псевдосубъект, познающий псевдообъект, и этот процесс приводит к кажущемуся состоянию связанности. Субъективный элемент здесь всегда отрицателен, а объективный всегда утвердителен: нирвана, ноумен, я, отсутствие отрицательны, а сансара, феномен, другой, присутствие утвердительны. И в каждом случае их слияние выливается во взаимное опровержение, упраздняющее одного и другого и оставляющее ситуацию, опустошенную от всех концептуальных элементов, кроме самой пустоты.