Всего за 319 руб. Купить полную версию
5
Хочешь историю?
Или просто я в корчах
Свалюсь на диван
Лео, конечно, должен был сесть у моих ног и с восхищением выслушать мою историю.
Вместо этого он рассеянно махнул рукой в сторону мастерской:
Ладно, как скажешь. Пойду гляну на кузнечный горн.
Он бросил меня одного.
Ох, эти современные полубоги! Все время сидят в социальных сетях, и как результат никудышная концентрация внимания. Если вам не найти время на то, чтобы послушать, как вещает бог, что ж, мне вас очень жаль.
К сожалению, история требовала, чтобы я о ней вспомнил. Голоса, лица и чувства из прошлого то, что случилось три тысячи лет назад, с такой силой ворвались в мой разум, что я едва устоял на ногах.
В течение тех недель, что длился наш путь, подобные видения посещали меня очень уж часто. Возможно, несовершенные человеческие нейроны просто пытались справиться со всем, что хранила моя божественная память. А возможно, это Зевс наказывал меня, насылая яркие воспоминания о самых выдающихся моих провалах. Как бы то ни было, собрав последние силы, я добрался до ближайшего дивана и рухнул на него без чувств.
В какой-то момент я смутно увидел Лео и Джозефину у сварочной станции; они обсуждали новый проект Джозефины: она в защитном костюме, он в трусах-боксерах. Моих мучений они, похоже, не замечали.
А затем на меня нахлынули воспоминания.
Я парил над древним Средиземноморьем. До горизонта расстилалась голубая сверкающая водная гладь. Прямо подо мной из воды вздымались утесы Наксоса, словно гигантский кит раскрыл пасть и обнажил свой ус. Примерно в трехстах ярдах от берега раскинулся город. Оттуда со всех ног бежали две юные девушки, которых вооруженная толпа гнала к самому краю утеса. Их белоснежные одежды развевались, ветер трепал их длинные темные волосы. Камни впивались в босые ноги, но девушки, похоже, этого даже не замечали. Загорелые, грациозные, они явно привыкли бегать на свежем воздухе но сейчас они бежали прямо к обрыву.
Во главе преследователей, громко крича и размахивая ручкой от глиняного кувшина, бежал грузный человек в красном. На лбу у него блестела золотая корона, а в седой бороде виднелись засохшие подтеки вина.
Я вспомнил его имя: Стафил, царь Наксоса. Полубог, сын Диониса, он унаследовал все худшие черты отца, но вот умения расслабляться от своего весельчака-папаши не перенял. И теперь в пьяном угаре он вопил, что дочери разбили амфору с его лучшим вином и, ясное дело, за это они должны поплатиться жизнью.
Я убью вас обеих! орал он. Разорву на куски!
Нет, ну поймите одно дело, если бы девочки разгрохали скрипку Страдивари или сломали позолоченную губную гармошку тогда я бы понял его ярость. Но кувшин вина?!
Девушки бежали, призывая на помощь богов.
Обычно такие вещи меня особо не трогали. Люди все время молили богов о помощи. И почти никогда не предлагали ничего интересного взамен. Я бы, наверное, пролетел над ними, подумав лишь: «Надо же, как жалко! Ой! Наверное, им было больно» и вернулся к своим делам.
Но в тот день я не просто так пролетал над Наксосом. Я спешил к умопомрачительной красотке Рео старшей дочери царя, в которую тогда был влюблен.
Но среди беглянок ее не было, в девушках я узнал младших сестер Рео Парфенос и Гемифею. И тем не менее Рео вряд ли обрадовалась бы, если бы я, торопясь к ней на свидание, обрек ее сестер на верную смерть. «Привет, крошка! Я тут видел, как твоих сестер сбросили с обрыва и они разбились насмерть. Сходим куда-нибудь? В кино, например?»
Но помочь девочкам против воли их отца и на глазах целой толпы свидетелей это уже тянуло на божественное вмешательство. Пришлось бы заполнять кучу бумажек, причем мойры потребовали бы каждую в трех экземплярах.
Пока я размышлял, Парфенос и Гемифея добежали до обрыва. Они явно понимали, что бежать им некуда, но продолжали нестись так же быстро.
Помоги нам, Аполлон! крикнула Гемифея. Вверяем тебе нашу судьбу!
А затем, взявшись за руки, сестры спрыгнули с обрыва.
Вот это проявление веры у меня просто дух захватило!
После того как они доверили мне свою жизнь, разве мог я позволить им расшибиться в лепешку? Что, Гермес? Конечно, он вполне мог позволить им умереть. Он бы решил, что это будет просто умора. Гермес горазд на такие извращенные шутки. Но Аполлон? Нет. Столько смелости и пафоса! Ну как я мог не откликнуться? Не успели Парфенос и Гемифея коснуться воды, как я простер над ними руку и ударил их могучим разрядом, вживив в них частицу своей божественной силы. О, как вы, должно быть, завидуете этим девушкам! Растворившись на мгновение в золотой вспышке, ощущая внутри себя теплое покалывание новообретенной силы, они взмыли вверх в облаке мерцающих искр, достойных феи Динь-Динь.