Всего за 249 руб. Купить полную версию
Здесь что-то случилось, полуорк хмурился. И следы Кассандры обрываются.
Ричи напал на нее?
Клейтон встал на колени, пригибаясь к земле.
Еще следы. Мелкие. Не знакомы мне. И еще, он обвел деревья взором. Кассандра не выходила из леса. Она отправилась порталом. Он поднялся, отряхивая штаны. Что бы здесь ни произошло, девушку ты сегодня не дождешься.
Да он уже понял!
Она в очередной раз ускользнула от него!
Фарх в раздражении совсем не аристократично сплюнул.
Эта чертовка вновь обвела его вокруг пальца!
Глава третья
Александра пнула камушек, что улетел с небольшого пригорка, подскакивая на ухабах, да отправился к расположенному внизу берегу.
Море сегодня было на удивление спокойным. Рыбаки перекрикивались, кто отправляясь за добычей, кто уже возвращаясь с трюмами, полными морской снеди. До нее долетал соленый запах Аннду, воздух играл с распущенными волосами, откидывая их за спину и бередя у лица.
Она вновь осталась ни с чем.
С пониманием всей катастрофы ситуации, в которой оказалась.
Лаура Фроуз просто-напросто бросила ее! Сбежала на какой-то остров, куда попасть без связей было практически невозможно. Оставила ее одну, отговорившись необходимостью отыскать очередной пазл в становлении ритуала.
А она оказалась связанной по рукам и ногам. Без Артефактора, что знала, каким образом следует дотронуться до ткани мироздания, вернуться в свой мир не представлялось возможным.
Ну здесь всяко лучше, Аэль не уставала приводить аргументы в пользу Ингиака. Посуди сама: ты променяла жизнь человечки на демоническую. Помимо того, что твой век увеличился в разы, ты получила возможность пользоваться магией.
Которую я не могу контролировать.
Это только перемещения. И наверняка невозможность контроля лишь вопрос времени.
А какая польза от моего умения все разрушать? Где оно может пригодиться? Если, как ты говоришь, мне еще жить, да жить. Обычно предпочтение отдают созерцанию, а не разрушению.
Волчица задумалась.
Допустим. Все же пришлось ей согласиться. Но наверняка найдется сфера, где твои умения станут просто незаменимыми.
Я врач, Аэль! Ветеринар! Все, что я умею лечить животных. И то земных. А они, поверь мне, не умеют говорить.
Так возможность гласности, напротив, лишь поможет тебе, ежели решишь вернуться к любимому занятию. Тот же кроль подскажет, что у него болит.
Алекса не понимала по интонации, шутит ли самка волка, или говорит серьезно.
У вас здесь даже кролики умеют говорить?
Гисхильдис с тобой, Сандра! Нет, конечно! То, что ты слышишь меня, не означает, что каждое четвероногое существо в Ингиаке обладает способностями к волеизречению. Я просто попыталась разрядить обстановку. А то от твоего пыхтения может разболеться голова.
У волков бывают мигрени?
Нет, но я же не обычный волк. Из-за тесного соседства с тобой мое сознание постепенно меняется, становится более человечным.
Вот только я теперь не совсем человек.
Человек, демон, суть одна. Вы передвигаетесь на двух конечностях. И способны творить магию.
Кассандра продолжила неспешную прогулку, решив чуть углубиться в сторону леса. Раньше ей нравилось ходить по лесам в поисках грибов, да ягод. Еще до пробуждения в этом мире. Природа умиротворяла, особенно тишина, прерываемая лишь шелестом листвы, да одинокими криками птиц, перекликающимися где-то в ветвях.
Может, стоит послушать Аэль, и попробовать себя? Все же любовь к животным никуда не делась. Как и знания, каким образом стоит помогать питомцам. Следует лишь начать, а там навыки придут.
Вылечить магическое животное интересно, это сложно?
А вдруг она своим прикосновением разрушит Линии Сил, что поддерживают жизнь в каждом существе, обитающем в Ингиаке?
Нет-нет, нужно мыслить позитивно.
Всегда страшно там, где твои познания минимальны. Стоит лишь научиться владеть своим телом. И магией, что составляет также является неотъемлемой частью.
Вдох-выдох, перейти на магическое зрение.
Правда, что она хочет увидеть в лесу?..
Травка, деревья, кустарники. И поблескивающая паутинка, что тянулась от пенька до соседнего дерева, и дальше.
Какие трудолюбивые здесь паучки.
Александра осторожно притронулась к невесомой нити, но тут же вынуждена была отскочить, поскольку паутинка засветилась, показывая, что за одной лишь ниточкой шла целая стена. Что начиналась еще у самой земли, и поднималась высоко вверх, до макушек сосен.