— Здравствуйте, уважаемая Ольга Павловна! — сказал Иван Лукич, снимая шляпу и старомодно расшаркиваясь перед Витькиной матерью.
— Господи, Иван Лукич! Какими судьбами? Проходите, пожалуйста, в дом. Я сейчас. Только суп сниму.
— Ради бога не беспокойтесь. Поговорить можно и здесь.
— Вы мне первым делом скажите, как там мой сорванец. Не слишком он вам надоел?
— Какой сорванец? — в замешательстве спросил Иван Лукич.
— Витя, конечно.
— Вы что имеете в виду? — Иван Лукич все еще оглядывался по сторонам в надежде, что вот-вот послышатся ребячьи голоса и Юрка с разбегу повиснет у деда на шее.
Но никто не нарушал тишину. Никто не появлялся.
— Ну как же! — Ольга Павловна натянуто улыбнулась. — Вы, помнится, приглашали сына к себе на дачу. К Юрику в гости. Вот я и интересуюсь.
— М-да… — только и выдавил из себя Иван Лукич.
— Как он там у вас? — продолжала Витькина мать. — Не проказничает? Небось с утра до вечера с Юриком в футбол гоняют?
— Гоняют, — рассеянно сказал дед. Потоптавшись на месте, он вдруг коротко поклонился и повернулся к калитке.
— Куда вы, Иван Лукич? — удивилась Ольга Павловна. — Оставайтесь обедать.
Но дед пробормотал что-то и рысью припустился назад.
«Старость не радость, — печально подумала Ольга Павловна, смотря ему вслед. — Раньше за ним таких чудачеств не водилось».
ЧТО ВЫ НА ЭТО СКАЖЕТЕ, МОРЯЧКИ?
На палубе воцарилась напряженная тишина — кладоискатели угрюмо смотрели на прибывших ребят. Витька побледнел. Огурец мелко вздрагивал, Юрка невольно пятился назад.
— Ну, что ж вы молчите? — спросил Терентий Иванович. — Заключите друг друга в объятия, друзья мои. Витя, Юра! Это же ваши одноклубники. Вон и документы у них на руках. Не угодно ли взглянуть? Убедились? Ну, что вы на это скажете, морячки?
— Ребята, а вы из какой школы? — неуверенно спросил Юрка.
— Из разных, — ответил один из пятерки. — Я из двенадцатой, Жора Карапетян из четвертой, Чуркин из пятой, Ситников из восьмой…
— Странно, — словно раздумывая, пробормотал Юрка себе под нос, однако так, чтобы все это могли услышать. — А где у себя плаваете, если не секрет?
— Говоришь, что из нашего города, а сам спрашиваешь такие вещи. У нас только одно место и есть, где можно плавать, — озеро Светлое. Где же еще!
Парень, прибывший с «Ленинграда», повернулся к Терентию Ивановичу и авторитетно заявил:
— Сразу видно, что они в наших местах и не бывали-то ни разу. Самозванцы они — вот кто!
От этих слов Огурец побледнел. Витька часто-часто заморгал. И тут предводитель кладоискателей преподнес сюрприз.
— Но-но, поосторожней! — Юркин голос неожиданно приобрел уверенность и крепость. — Нас, брат, вокруг пальца не обведешь. Не на таких напали. Наплел тут с три короба и думает, что так мы вам с ходу и поверили. Не выйдет, одноклубничек. Уж если кто самозванцы, так это вы и есть. Это я тебе говорю.
На слове «я» Юрка сделал особое ударение, что прозвучало очень внушительно. Терентий Иванович, не ожидавший такого поворота дел, с удивлением взглянул на него. А Юрка сказал:
— Терентий Иванович, врут они все. В нашем поселке всего две школы, а они вам откуда-то четыре насчитали. Никакого озера в наших местах нет, а есть речка. Талка называется. Понимаете?
Между тем на палубе поднялся такой крик, что хоть уши затыкай. Однако Юркин голос выделялся даже среди этого гама:
— Вы своими бумажками не махайте. Знаем мы эти бумажки. Вот была бы карта под рукой, послушал бы я, что вы запели.
«А ведь это мысль», — подумал Терентий Иванович и повел Юрку в свою каюту.
— Вот тебе подробная карта. Показывай, что ты там хотел.
Речку Талку Юрка нашел через несколько секунд. Мельком взглянув на карту и убедившись в его правоте, Терентий Иванович пригласил к себе представителя «ленинградской» стороны.