Две такие ноги-щупальца из прошедшего плазменную нанозакалку дюраллоя мертвой хваткой мгновенно вцепились в прогон, стремясь компенсировать силу динамического удара и не позволить машине свалиться набок; третья стала вытягивать питающий кабель, питающий неуклюжий 250-мегаваттный лазер.
Лазерные турели базы продолжали выслеживать другие цели - он уже был вне пределов их досягаемости. Лучи достигали цели, и все новые и новые приманки-мишени вспыхивали белым и исчезали... Как исчезли две "восьмидесятки" с пилотами на борту. За секунду до Того, как прервалась связь, Бондевик услышал их предсмертные вопли, и затем стало тихо.
Приземлилась и вторая "Летающая смерть", совсем недалеко, в каких-нибудь пятидесяти метрах слева от него. На бронированном носу машины виднелась надпись "Отчаянный звездолетчик", а чуть сверху возлегала какая-то полураздетая, зазывно улыбающаяся бабенка. Младший лейтенант Энрике Сент-Джон был из новоамериканцев, свеженький, необстрелянный еще, прямиком из рекрутов, из учебки. Он был ведомым Торольфа.
- У-ух ты! Вот это рейдик! - восторженно воскликнул Сент-Джон. Его DY-64 "Рэйден" был подлиннее и чуть более громоздким, чем "Тенраи" Торольфа, и весил добрых двадцать четыре тонны. Однако и вооружен он был получше - его тупорылая электронная пушка могла такое сотворить - куда до нее лазеру "восьмидесятки".
- Эй, Рокки, - крикнул Торольф. - Прикрой меня в два-пять-ноль!
- Уже прикрываю, - весело отозвался Энрике.
"Отчаянный звездолетчик", поднявшись на опорах, выпустил небольшой рой ракет-болванок, дополнив это залпом из электронной пушки. Изломанная бело-сиреневая искра ударила в одну из расположенных поблизости турелей с лазером.
В этот момент Торольф резко рванулся с места и зашагал на шарнирных сочлененных ногах машины прямо по переплетению укосин и балок. Его сенсоры отметили образование потока энергии, ИИ, отреагировав незамедлительно, выдал в его внутренний обзор сетку визирной рамки...
Огонь!
Добела раскаленный металл вскипел; через образовавшуюся в корпусе пробоину наружу хлынуло серебристое облачко воздуха, моментально кристаллизуясь. Что-то темное, очевидно, чье-то тело, неловко вывалилось наружу, и тут же его поглотила ночная тьма. Торольф перемещал визир на другие мишени, стрелял по ним, постепенно пробираясь к лазерам, до которых оставалось еще пару километров. Тут ему пришло в голову, насколько же по-дурацки должна выглядеть эта машина, неуклюже переваливающаяся с боку на бок на своих членистых ногах, перебирающаяся через скрещенные балочные конструкции, словно какой-то уродливый металлический паук.
Тем временем приземлялись остальные машины, словно насекомые, они хватались за балки, раскачивались на своих телескопических, членистых шарнирных конечностях, выстреливали гарпуны с прикрепленными к ним кабелями, и мощные лебедки сразу же начинали разматывать их с огромных барабанов. Некоторые машины бессильно заваливались набок и застывали в неподвижности, обнаружив кое-где на корпусе свежие, еще дымящиеся и пышущие жаром пробоины с оплавившимися до бесформенных кусков конструкционными элементами.
Конфедераты решили заимствовать у Империи систему военного разделения сил: два корабля составляли звено, три звена - эскадрилью. Всего у них было шесть эскадрилий или семьдесят два корабля плюс еще десятка в качестве резерва, плюс машины разведывательного подразделения и беспилотные транспортники. Торольф стоял во главе "Красной Эскадрильи" - двенадцати пар машин "Рэйден" - "Тенраи", и вся организация проходила в такой спешке, что они даже не успели и подобрать название для подразделения. А скольких же они сегодня потеряли, размышлял Торольф. Троих? Четверых? Некогда сейчас об этом думать, некогда думать ни о чем, кроме одного - как загасить эту чертову лазер-батарею.