- Так вот, - продолжал Лоэр, - не убеждения толкнули вас на предательство, Зур, а страх перед теми испытаниями, которые выпали на долю гарманов - страх перед рептонством! Вы предали интересы своего народа и народов союзных стран, а такие деяния по законам Гарманы заслуживают смерти. Я все сказал.
- А я не все. Разве вам не интересно поговорить о правде гнофоров, о их целях?...
- Нет!
Кло Зур постоял с минуту возле окна, глядя в сад, потом повернулся к пленнику.
- Как хотите.
Он будто нехотя ударил в медный круг. В комнату вбежали эрустские стражники.
- Лоэра - в подбашенный колодец, пока не захочет говорить со мной! А для того, чтобы захотел поскорее, киньте в воду побольше чесунков и пиявок!
Помещение, где находился колодец, было серым и холодным. Неуверенный свет факела выхватывал из мрака осклизлые стены, влажные, с выбоинами каменные плиты пола. Солдаты освободили от пут кисти рук Лоэра и снова и снова перехватили их концом длинной веревки, но на этот раз спереди.
- Вы прыгните туда сами, - сказал начальник стражи, кивнув на колодец.
- Ну что ж...
Лоэр легко вскочил на массивные камни колодца. Думая о том, что безвыходных положений не бывает, он поднял над головой связанные руки и весело подмигнул стражникам. Думайте, думайте, ребята, кому служите! Вернусь из колодца, поговорим по душам! Потом скинул сандалии, набрал в легкие воздуха и решительно бросился вниз в зловонную яму.
7. ТАЙНАЯ ВСТРЕЧА
В этих краях темнота наступает быстро: закатится солнце, полыхнет в полнеба яркая заря и почти сразу же гаснет, уступая место звездному зареву. Зарево это создает на земле призрачный синий свет, который ровно, без всяких теней, разливается по бескрайним владения ночи. Так было всегда.
Город, освещенный факелами, остался позади. Квин торопился: до условленного места было далеко, а он только-только проехал овраг. Неожиданно он услышал свист ночной птицы. Это его насторожило. Квин натянул поводья. Может быть в самом деле птица. На всякий случай он ответил таким же свистом.
- Сюда! - приказал голос из темноты.
Квин развернулся и подъехал к серевшей аркаде водопровода. Гнофор в черном молча смотрел, как Квин слезает с Церота, как стреноживает его, как потом неуверенно, робко приближается.
- Куда я приказывал тебе приехать? - строго спросил гнофор. Он сбросил плащ, и мальчик с трепетом различил на его груди изображение солнца.
- Простите, святой отец. Меня по ошибке задержал дозор.
- Этого еще не хватало! - Гнофор уселся в густую траву и некоторое время смотрел на мальчика тяжелым взглядом. - Ну, так чем же объяснишь смерть моего верного Андала?
Квина затрясло мелкой дрожью.
- Не знаю, святой отец... Может быть, он споткнулся, и талисман раскрылся сам? Все было сделано, как вы приказывали.
Гнофор молчал, уставившись на Квина так, что тот начал терять сознание.
- Выходит, мой верный Андал сам споткнулся, сам упал и, зная о содержимом амулета, сам вдохнул яд?
- Святой отец! - Квин всхлипнул. - Неужели вы мне не верите?
Гнофор медленно поднялся и, приблизившись, дважды провел пальцами перед лицом Квина. Потом цепко взял его за руку и поднял на уровне плеч. Рука, как каменная, застыла в этом положении.
- Ты слышишь меня, Квин?
- Слышу...
- Кому предан ты?
- Верховному наместнику богов на земле великому суперату Бефу Оранту.
- Служишь ли ты примэрату?
- Я презираю его!
- Кто убил святого отца Андала?
- Его не убили. Он отравился. Когда мы с Лоэром побежали, святой отец лежал ниц на земле: случайно раскрылся талисман с ядом...
- Ты уверен в этом?
- Да.
- Что было дальше?
- Лоэр перевернул тело на спину. Талисман был в руке святого отца Андала.
- Что сделал с талисманом гарман?
- Он его не видел. Он искал его в одежде святого отца.
- Что сделал с талисманом ты?
- Затолкал ногой в песок.