- К черту обед! - Он рывком распахнул дверь на лестницу. - Поторопись, пока Притчет не упразднила музыку. В подвале было холодно и сыро. Гамильтон включил обогреватель и спустил шторы. Когда вместе с теплом вернулся уют, Джек принялся пачками доставать пластинки.
- Что будем слушать? - спросил он нервно.
Перепуганная Силки жалась к дверям.
- Я хочу есть! Марша приготовила чудный обед…
- Только скот ест! - проворчал Гамильтон. - Отвратительное занятие.
И неприличное! Я отменил его.
- Не понимаю! - жалобно заныла Силки.
Включив усилитель, Гамильтон подкрутил регуляторы.
- Что скажешь о моей системе? - гордо спросил он.
- М-м… симпатичная.
- Симпатичная… Параллельный выход в противофазе! Никаких искажений вплоть до тридцати тысяч герц. Одних низкочастотных колонок - четыре!
Восемь - высокочастотных. Трансформаторы ручной работы. Алмазный звукосниматель, идеальная кинематика! - Он поставил пластинку на проигрыватель и, не удержавшись, добавил:
- Способна крутить восьмитонный груз без потери скорости хотя бы на десятую процента! Неплохо, а?
- Угу.
Зазвучала "Дафнис и Хлоя"… Добрая половина фонотеки загадочным образом испарилась - в основном современные аранжировки или эксперименты с ударными. Миссис Притчет предпочитала добротных классиков: Бетховена, Шумана, тяжеловесные концерты, привычные для слуха человека пуританских устоев. Утрата любимой коллекции Бартока привела Джека в страшное уныние. Вещи Белы Бартока лучше всего ложились Джеку на душу, отзываясь самыми интимными переживаниями. Нет, жить в мире миссис Притчет нельзя - старуха оказалась пострашней Тетраграмматона.
- Как теперь? - почти машинально спросил он, убавив свет лампы почти до нуля. - Свет больше не бьет в глаза?
- Он и не бил, Джек! - откликнулась Силки. Смутное беспокойство отразилось у нее на лице. - Странно… Я не вижу, куда идти. Боюсь, упаду!..
- Упадешь - так найдем! - усмехнулся Гамильтон. - Что будешь пить?
Где-то тут оставалась бутылочка виски Дернув дверцу бара, он опытной рукой пошарил внутри. Пальцы обхватили горлышко бутылки. Одновременно он нагнулся за стаканами. Бутылка показалась подозрительно легкой - ближайшее ознакомление подтвердило отсутствие выпивки.
- Тогда хлебнем мятного ликера, - вздохнул Джек. - О'кей?
"Дафнис и Хлоя" уже наполняли полутемную комнату великолепием страсти и неги. Джек подвел Силки к тахте и усадил девушку. Она послушно взяла рюмку ликера и чинно пригубила. Джек с видом судебного эксперта на месте преступления расхаживал взад-вперед, то регулируя звук, то убавляя, свет. Потом взбил подушку на тахте, убедился в том, что дверь заперта на ключ.
Сверху слышалось, как Марша суетится на кухне. Что ж, сама виновата…
- Закрой глаза и расслабься? - приказал он Силки.
- Я расслабилась!.. - В ее голосе по-прежнему звучал испуг. - Этого, что ли, недостаточно?
- Конечно, конечно, - мрачно согласился Джек. - Все просто замечательно. Послушай, а что, если ты сбросишь обувку и сядешь по-турецки? Вот увидишь, Равель будет восприниматься совсем по-другому. Силки послушно сбросила белые кроссовки и, подтянув ноги, уселась по-восточному.
- Очень мило, - проговорила она с грустью.
- В сто раз лучше, правда?
- Ага.
И тут неожиданный приступ отчаяния накатил на Джека.
- Все бесполезно, - подавленно забормотал он. - Ничего не получится!
- Что не получится, Джек?
- А, не важно!
На пару минут повисло гнетущее молчание. Потом Силки тихо и осторожно тронула Джека за руку:
- Мне очень жаль.
- Мне тоже.
- Я виновата, да?
- Немного. Так сразу не объяснишь.
Чуть поколебавшись, Силки сказала:
- Можно тебя спросить?
- Конечно. О чем угодно.
- Ты бы хотел…
Голос девушки звучал едва слышно. В сумерках ее широко распахнутые глаза напоминали две тусклые звездочки на затянутом тучами небе.
- Джек, хочешь меня поцеловать? Один только раз?
Джек крепко обнял девушку и притянул к себе. Взял в ладони ее маленькое острое личико и поцеловал. Силки прильнула к нему, легкая, хрупкая и ужасно костлявая. Джек не разжимал объятий, пока девушка сама не высвободилась. Впрочем, какая девушка? Всего лишь слабая тень, потерянная своим владельцем в сумерках.
- Мне так плохо. - Голос ее задрожал.
- Не надо…
- Я какая-то… опустошенная. У меня все болит. Почему, Джек? В чем дело? Почему мне так плохо?
- Оставь! - отрывисто бросил он.
- Мне страшно. Мне хочется тебе что-то дать… и нечего. Я - всего лишь пустое место, да? Пустышка?
- Не совсем.
Силки вскочила на ноги и теперь маячила размытым силуэтом, быстро передвигаясь по комнате. Когда Джек вновь поднял глаза. Силки предстала уже полностью нагой. Одежда аккуратной стопочкой сложена рядом на тахте.
- Ты меня хочешь?
- Да, до… скорее теоретически.
- Ты можешь!
- Могу? - иронически усмехнулся Гамильтон.
- Тебе - можно, я хотела сказать.
Гамильтон протянул ей обратно тряпки:
- Одевайся. Мы зря теряем время, а обед стынет.
- Что, бесполезно?
- Да! - с горечью ответил Джек, стараясь не смотреть на нелепо исковерканное женское тело. - Абсолютно бесполезно. Но ты сделала все, что могла.
Как только Силки оделась, Джек взял ее за руку и повел к двери. Проигрыватель за спиной все еще плел бессмысленные кружева любовных призывов. Ни Гамильтон, ни Силки не слышали их, удрученно поднимаясь по лестнице.
- Извини, я так подвела тебя, - шептала Силки.
- Забудь.
- Может, найдется какой-нибудь выход. Может, я…
И вдруг голос ее смолк, оборвавшись на половине фразы. А ладонь Джека уже не сжимала тонкие сухие пальчики. Шокированный, он резко обернулся и вытаращился в темноту. Силки исчезла. Она выбыла из этой реальности. Джек замер на месте, с дрожью в коленях поджидая новых сюрпризов. И тут наверху распахнулась дверь, на лестнице показалась Марша.
- О!.. - удивленно воскликнула она. - Вот ты где. Поднимайся быстрей, у нас гости.
- Гости!.. - тупо повторил Джек.
- Миссис Притчет. И она привела еще кое-кого. Похоже, намечается вечеринка.
Как в дурмане, Гамильтон одолел оставшиеся ступеньки и проковылял в гостиную. И сразу окунулся в оживленное многоголосие. Из всех пришедших выделялась громоздкая фигура женщины в кричаще-дешевой шубе и нелепой шляпе с громадными перьями… Ее перекрашенные локоны обрамляли одутловатое лицо и морщинистую шею.
- А вот и вы! - восторженно закричала миссис Притчет, едва завидев Джека. - Сюрприз! Сюрприз!
Приподняв набитую до отказа картонку, она громко объявила:
- Я привезла изу-уми-и-ительные пирожные! И глазированные фрукты - уверяю, вы таких в жизни не пробовали!
- Что вы сделали с ней? - рявкнул Гамильтон, наступая на женщину. - Где она теперь?
На миг миссис Притчет лишилась дара речи. Затем ее пятнистые пухлые щеки разъехались в коварной улыбке:
- Да ведь я упразднила ее, милый! Всю эту категорию. Вы не знали разве?
В то время как Гамильтон пытался взглядом сокрушить миссис Притчет, Марша тихонько подошла и шепнула ему на ухо:
- Осторожней, Джек! Будь осторожен!
Он повернулся к жене:
- И ты причастна к этому?
- Косвенно. - Она пожала плечами. - Эдит меня спросила, где ты, и я сказала ей… Не в подробностях, ты не думай… просто в общих чертах.
- В какую же категорию угодила Силки?
Марша улыбнулась:
- Эдит очень точно определила.
Маленькая мерзавка или что-то вроде.
- Но их же множество! - воскликнул Гамильтон. - Стоило ли так?..
За спиной у Эдит Притчет показались Билл Лоуз и Чарли Макфиф. Оба навьючены, как грузчики из бакалейной лавки.
- Большое торжество! - доложил как бы извиняющимся тоном Лоуз, осторожно кивнув Гамильтону. - Где тут кухня? Я хочу скорей это поставить!
- Как жизнь, приятель? - хитро подмигнул Макфиф. - Неплохо время проводишь, верно? У меня в мешке двадцать банок пива.
- Здорово, - еще не до конца очнувшись, буркнул Джек.
- Тебя стоит только пальцем ткнуть!.. - добавил раскрасневшийся Макфиф. - То есть, я говорю, это ей стоит только пальцем… Подошла хмурая Джоан Рейсс. Мальчишка, Дэвид Притчет, шагал рядом с ней. Замыкая процессию, ковылял с каменным выражением лица старый, ветеран.
- Все здесь?! - не вполне понимая происходящее, спросил Гамильтон.
- Мы собираемся играть в шарады, - радостно сообщила Эдит Притчет. - Я забегала на минутку после ленча, - пояснила она Гамильтону. - И мы отлично поболтали с вашей женушкой. От души!
- Миссис Притчет… - начал было Джек, но Марша сразу оборвала его.
- Пошли на кухню, ты мне поможешь! - четко скомандовала она.
Джек поплелся без особого желания за Маршей. В кухне торчали с неприкаянным видом Макфиф и Билл Лоуз. Лоуз состроил гримасу, что, видимо, должно было означать улыбку - опасливую и отчасти виноватую. Гамильтону было нелегко определить. Лоуз торопливо отвернулся и принялся распаковывать бесконечные кульки и свертки с закуской. Миссис Притчет явно питала слабость к бутербродам.
- Бридж! - торжественно объявила миссис Притчет в соседней комнате.
- Но нам потребуются четверо. Мы можем рассчитывать на вас, мисс Рейсс?
- Боюсь, из меня никудышный игрок, - бесцветным голосом ответила мисс Рейсс. - Но я сделаю все что смогу.
- Лоуз! - окликнул Гамильтон. - Не могу поверить, что ты играешь в это… Я не удивился бы Макфифу, но чтобы - ты?!