Всего за 13.28 руб. Купить полную версию
Иван Иванович вынул из полевой сумки два карандаша. Красный дал Тане, синий — Петьке и стал диктовать, медленно и понятно.
— Прошу принять меня в геологическую партию рабочим…
Петька поднял голову:
— Иван Иванович, нельзя Тане рабочим, у неё сердце.
— Знаю, знаю, — по-отцовски сказал парторг. — Ты же, Петька, тоже ещё не работник. Но других должностей лет. Будете у нас на стойбище поварами, наш повар ещё по снегу уехал. Поссорился с Гарновским и уехал. Подыщем настоящего повара, и вас тогда можно будет к делу пристроить. — Он прошёлся из угла в угол. — В общем, сначала вам окрепнуть надо. Пишите дальше. О работе, проводимой в экспедиции, обязуюсь никому не рассказывать,
Написанные заявления Иван Иванович положил к себе в полевую сумку.
— Сегодня, ребята, вам придётся одним здесь ночевать. Додоевна будет склад караулить, а мы сейчас загрузимся и уйдём на базу, или, как мы её прозвали, на стойбище. Сегодня с нами нельзя. Груз, сами понимаете, какой, чуть что, лошадь оступится или камень по ящику ударит, все на воздух взлетим.
— А с Додоевной можно подежурить, а то ей скучно будет?
— Нельзя вам. У неё инструкция: в каких условиях как поступать, кого пропускать, кого задерживать, а когда и самой убегать. И скучно ей не будет, потому что она караулит вдвоём с Линдой.
Иван Иванович посмотрел на часы, попрощался и вышел.
А вскоре Таня е Петькой с крыльца увидели вереницу лошадей. Она растянулась вдоль хребта на большое расстояние.
— Наверно, специально сделали так, — сказал Петька, — если одна подорвётся, чтоб другие не очень пострадали.
Лошади осторожно опускали ноги в мох, словно копытами ощупывали камни. Большие брезентовые сумки висели у них на боках. Шагая по узкой тропинке, животные поворачивали голову в сторону скалы, косили глазом, чтоб не шаркнуть сумку о дерево или о камни. Караван медленно втягивался в таёжный массив. Последний раз между кустов мелькнула красная вязаная шапочка Васьки Жухова, и отряд окончательно исчез.
Радиограмма из Токио
Резидента «Аквы» в лицо никто не знает. Есть только фотография отца. Копию выслал через Нулевого. Пароль резиденту передал его отец, убитый ещё в 1933 году при попытке поднять восстание в Братском районе. Пароль для «Аквы» знает только Нохура — начальник японского разведотдела по Дальнему Востоку. Остаётся единственная возможность — при аресте резидента «Аквы» вытянуть из него пароль. Группа «Аква» автономного действия. Связи с заграницей не имеет. Данные по экспедиции резидент передаст лично по завершению своего задания.
Авдеев
— Петька, я пить захотела.
Зашли в сени. Таня загремела кружкой и открыла алюминиевый краник. Петька решил не тратить по-пустому время, а почитать документы Самоволина.
Он наклонился над вещмешком… Узел был развязан, Петька стал вспоминать, завязывал он мешок или нет, И вспомнить не мог. Потому что, когда баржа подходила к пристани, он очень волновался.
Когда Таня со стуком поставила кружку на бак, они закрыли сенную дверь на толстый проволочный крючок и прошли в избу. Сразу же с печки спрыгнул белый котёнок, пушистый и невесомый, словно снежок. Он потёрся о Танины ноги и неумело замурлыкал. Таня взяла котёнка на руки и легла на широкую скамейку у перегородки.
— А где он до этого был? — спросила Таня.
Петька не ответил, внимательно осматривая папку с документами. Он что-то заподозрил.
— Таня ты папку не развязывала?
— Ты же сам запретил мне её даже в руки брать. На барже я тесёмки завязала двумя узлами, ты помнишь?
— Помню. Вместе завязывали.
— А сейчас они развязаны.
Таня вскочила со скамейки. Котёнок свалился на пол, от страха юркнул под кровать. Петька с Таней проверили содержимое папки.