Всего за 169.9 руб. Купить полную версию
– Хочешь нас всех под монастырь подвести? Только и знаешь медведя из бочки вышибать!
– Я тебе знаешь чего вышибу? – грозно спросил Кожаный. – Понял чего? Или нет?
– Понял, понял, – сразу сказал Барабан.
– А вы, голуби, – сказал Моня, – выметайтесь отсюда, и чтоб духу вашего в Карманове не было!
– Поняли, поняли, – облегченно сказал Крендель и уж хотел было выметаться, но тут снова подскочил ноздреватый.
– Куда? Никуда они не уйдут. Это – подкидыши. От капитана Болдырева.
– Да не подкидыши мы! – закричал Крендель.
– Ну, если вы подкидыши! – сказал Моня Кожаный и заглянул в глаза Кренделю, а потом мне. – Если подкидыши – под землей найду.
Ударом ноги он распахнул дверь, протащил нас через весь тир и вытолкнул на улицу.
Крендель споткнулся, упал, но тут же вскочил на ноги и дунул через площадь к вокзалу. В одну секунду он развил такую скорость, что на поворотах его заносило и разворачивало, как грузовик на льду. Сады, палисадники мелькали по сторонам, а мы бежали быстрее, быстрее и были совсем недалеко от вокзала, как вдруг из какой-то подворотни высунулась огромная рука, пролетела за нами вдогонку и сразу сгребла в охапку и меня и Кренделя.
– Стой! – сказала рука и втащила нас в подворотню.
Комната цвета какао
Рука крепко держала нас и не думала отпускать. Напротив, к первой руке добавилась вторая, не менее суровая и властная. Не сговариваясь, руки поделили нас. Одна держала теперь Кренделя, другая – меня.
Где-то высоко над руками светились огромнейшие рыжие усы. Они шевелились, как щупальца осьминога. Такие усы забыть было невозможно. Совсем недавно они пили квас и нюхали стеклорез, а теперь в темной подворотне они подрагивали, как лучи прожектора, и отраженным блеском мерцала над ними соломенная шляпа.
– Те или не те? – послышалось из-под шляпы.
– Те, – ответил знакомый голос. Они самые.
Рядом с усачом в подворотне стоял волшебный стрелок Вася.
– За что? – заныл Крендель. – Отпусти!
– Молчать – не двигаться! – приказали усы, а руки тут же нарушили приказ, подтолкнули вперед: – Проходите.
– Куда еще?
– В отделение, – ответил Усач, решительно выставил нас на улицу и повел, крепко держа за руки.
Волшебный стрелок пошел впереди, как бы показывая дорогу. Он взбежал на узорное коричневое крыльцо, распахнул дверь, и мы оказались в комнате, в которой за деревянным барьером сидел милиционер.
– Здравия желаю! – вскричал он.
– Пойди, Фрезер, пообедай, – ответил Усач и через дверь, обитую шоколадной клеенкой, провел нас в кабинет, оклеенный обоями цвета какао.
Там за столом сидел человек в сером костюме и чистил револьвер. Он чистил его тщательно и грозно. Потом поднял револьвер и прицелился в несгораемый шкаф.
Шкаф дрогнул. Крендель зажмурился.
«Сейчас саданет», – подумал я.
– Ну что нового, товарищ старшина? – спросил серый костюм, убирая огнестрельное оружие в тот же самый шкаф.
– Кое-что есть, товарищ капитан, – ответил Усач.
– А что именно? Стрелок Вася порылся в кармане и выложил на стол алмаз-стеклорез.
– Ничего нового не вижу, – сказал капитан.
– Да вы понюхайте, товарищ капитан, – подсказал Вася.
Спокойный до этого, капитан вдруг дернулся и стукнул кулаком по столу:
– Ты что! Опять за свое! Нюхаем, нюхаем, а толку чуть. Что еще?
– Вот эти, – ответил Усач и подтолкнул нас к столу.
Наконец-то капитан глянул на нас, и сразу глаза его просверлили в моей груди несколько небольших отверстий, через которые и проникли в душу. Я почувствовал, что превращаюсь в решето.
– И этих тоже нюхать? – грозно спросил капитан.
– Как видно, придется, – ответил старшина, наклонился над нами, и усы его мягко распахнулись в стороны.
– Куда это вы бежали?
– Ну, на станцию, – заныл Крендель.
– Без «ну»! Ты эти свои «ну» брось! Откуда бежали?
– Из тира.