Всего за 169 руб. Купить полную версию
– Молчать! – гаркнула Аделаида так громко, что некоторые восьмиклассники не выдержали и сели – такой силы был у нее голос. – Вас никто не спрашивает. Где за школой ты стоял?
– Под окнами учительской! – в отчаянии прокричал Кармашкин. – И там в траве валялось…
– Под каким окном? – с подозрением уточнила завуч.
– Под третьим! Там еще фонарь и кусты! – Генка пытался вспомнить еще какие-нибудь приметы. Но больше ничего на ум не приходило.
– Так, под третьим. – Аделаида заметно успокаивалась. – Нашел… Допустим. И что ты сделал?
– На урок пошел, вас встретил, они у меня из кармана и выпали.
Завуч мрачным взглядом оглядела застывших учеников и, подбрасывая на ладони связку, пошла по проходу.
– Садитесь!
По классу прошелестело быстрое движение – все как можно тише опустились на свои стулья. Даже Елена Викторовна села.
– Не нравится мне это. – Аделаида остановилась около доски. – Ночью кто-то забрался в школу и выкрал журнал. Потом объявляются эти ключи… И никто не виноват?
Прохоров шумно задышал, но завуч на него даже не посмотрела, хотя чаще всего именно Димка являлся виновником многих проделок 8 «Б». Видимо, сейчас это был не тот случай.
– А что говорит милиция? – перевела Семенова внимание с Прохорова на себя.
– Так! – Аделаида спрятала ключи в карман. – Елена Викторовна, вы выяснили, кто мог взять журнал?
– Мы считаем, что уже завтра, в крайнем случае послезавтра он точно найдется, – быстро произнесла математичка.
– А если не найдется? Вы представляете, что будет? Это же данные за целый год!
– Я думаю, что мы найдем его. – От волнения Елена Прекрасная облизала пересохшие губы. – Правда, ребята?
– С руками оторвем, – мрачно пообещал Прохоров.
– Всю школу перевернем, – заверил Майсурадзе.
– Будем искать, – добавил Костик.
– Да что с ним сделается! – хохотнула Семенова. Но ее веселья никто не поддержал.
– Предупреждаю! – опустила пухлую ладонь на парту Аделаида Дмитриевна, звонко цокнули о пластмассовую поверхность три массивных золотых кольца. – Если через два дня журнал не окажется на месте, я вас в порошок сотру. Каждому будет снижена оценка по предметам на балл.
Класс возмущенно загудел.
– Почему всем-то? – прошептал расстроенный Янский.
– А если двойка стоит, кол, что ли, будет? – довольно хмыкнул Димка.
– А если двойка, – сурово посмотрела на него завуч, – то ее обладатель вылетит из школы и его с удовольствием примет к себе колония для несовершеннолетних преступников. Елена Викторовна, обратите особое внимание на троечников. Скорее всего журнал взял тот, кто надеется переправить тройку на более выгодную оценку.
Голова у Генки пошла кругом. Стены радостно смешались со шкафами, доска полетела в сторону двери.
– Ты меня слышишь, Кармушкин? – донеслось до Кармашкина из ватной дали.
– А чего Кармушкин? – Голос показался чужим. – Я эти ключи на улице нашел! – кричал он в спину уходящей Аделаиды. – Да они уже, наверное, месяц в коридоре валяются, чего сразу на меня все валить? – выдумывал он на ходу, стараясь угадать, какое оправдание подействует на нее. – Да это вообще не от школы ключи! – из последних сил выкрикнул он. Но завуч его не слушала – свой приговор она вынесла и обсуждать его не собиралась.
После ухода Аделаиды в классе наступила долгожданная тишина.
– Ну что же, Крылышкин… ах ты, Кармашкин, у тебя два дня. – Елена Викторовна очаровательно улыбнулась Генке. – Я думаю, ты догадываешься, что бывает с теми, кто ворует журналы?
– По весне их находят за гаражами, – впечатал кулак в свою ладонь Димка.
Математичка отошла от своего стола.
– Мы загадали. Если журнал найдется завтра, то выигрывает Семенова. Если послезавтра – то Кармашкин.