– Вот видите!… Вы даже не отрицаете этого! Впрочем, это было бы бесполезно. Я следила за вами до самого дома.
– Как вы проникли в сад? – спросил Мишель.
– Э-э… Через калитку. Она немного заскрипела, но я сразу же спряталась за розовым кустом. Вы меня не заметили… А потом я забралась поглубже в сад, чтобы дождаться ночи.
– Дождаться ночи?! Зачем? – воскликнула Мартина.
Сесиль бросила на нее осуждающий взгляд.
– Вы еще смеете смеяться надо мной?! – с негодованием вскричала она. – Как вам не стыдно в таком юном возрасте участвовать в подобных гнусных махинациях! Кто похитил мою мать?
Мишель решил, что настала пора развеять заблуждение девушки.
– Мадемуазель, вы глубоко ошибаетесь, – сказал он. – Впрочем, я уверен: не будь вы так утомлены и взволнованы, вы бы и сами поняли свою ошибку. Вы передали пакет моему другу Артуру и решили, что теперь вам достаточно будет проследить за ним, и вы узнаете, где находится мадам Дарель… Больше вы ничего не пытались предпринять, это совершенно естественно. Но только Артур – совсем не тот мушкетер, которому вы должны были вручить пакет… Вы не дали ему времени ничего объяснить и сразу убежали. Для того, наверно, чтобы он не заподозрил о слежке. Между тем вы даже не подозревали о том, что «ваш» мушкетер ждал совсем в другом месте и принял за вас нашу подругу Мартину.
– Значит, это на вас было платье маркизы цвета старого золота? – спросила Сесиль.
– Откуда вам это известно? – удивилась Мартина.
– Потому что чуть позже я видела вас вместе с вашими друзьями. Я была поражена совпадением: ведь это платье должна была надеть я!
– Значит, это вы отказались от него в субботу?
– Вы… Вы об этом тоже знаете? – изумленно проговорила Сесиль Дарель.
– Это нетрудно было узнать, – призналась Мартина. – В ателье проката забыли снять записку, пришпиленную к платью. В ней было ваше имя и первая буква фамилии доктора Филлэна.
– Понимаю, – пробормотала Сесиль. Мишель решил снова вмешаться в разговор.
– Ваш визит оказался для нас совершенно неожиданным, – сказал он. – Нам звонила ваша тетя… А дядя сам явился сюда. Оба они требовали вернуть им пакет.
На лице девушки отразилось крайнее изумление. Глаза ее округлились, рот приоткрылся.
– Моя тетя?! И мой дядя?! Но я… Я не…
– Похоже также, что вы слишком поздно рассказали дяде о своих неприятностях, – добавил Мишель.
– Слишком поздно… – пролепетала Сесиль. – У меня в этих краях нет ни дяди, ни тети! И никто не в курсе моих… неприятностей, как вы их назвали.
Мишель заметил, что гостья предпочла не уточнять, что у нее все-таки за проблемы.
– Эти люди – самозванцы! – заявила она. – И даже… – Сесиль снова замолчала и обвела друзей испуганным взглядом, какой бывает у зверя, попавшего в ловушку и из последних сил пытающегося вырваться. То, что девушка увидела на лицах всех четверых, несомненно, успокоило ее, потому что она все же договорила: – Я уверена: эти мужчина и женщина – соучастники похищения моей матери!
Мишель отметил, что его собеседница уже во второй раз упомянула о похищении. Из деликатности он не осмеливался прямо спросить об этом событии. Тем не менее ему показалось, что девушка сказала уже слишком много и не сможет остановиться на этом.
– Прошу прощения, мадемуазель, – заговорил он. – Возможно, я покажусь вам нескромным, однако… Что все это значит? Вы пообещали Артуру, что не станете обращаться в полицию… Неужели все так серьезно?
Девушка утвердительно кивнула. Она была в смятении, ее глаза блестели от сдерживаемых слез.
– Это действительно очень серьезно, – глухо сказала она. – Умоляю вас: никому не рассказывайте об этом ни при каких обстоятельствах. Пожалуйста, пообещайте мне это!
Мишель обвел глазами друзей.