Дубчак Анна - Кукловод стр 9.

Сергей не верил ей. И вообще, зачем она его к себе пригласила? Продемонстрировать свои достижения? Или еще для чего-то? Но для этого она могла бы найти приятеля постарше…

- Скажи, а зачем ты пригласила меня к себе?

Ему уже ничего не стоило называть ее на "ты". Больше она не казалась ни таинственной, ни прекрасной. Перед ним сидела обыкновенная хищница, которая вполне могла быть правой рукой более крупного мошенника - самого Конобеева. Фирма, руководителем которой являлся Светкин отец, наверняка была "плавучая". То есть ненадежная, как плот. Людей бросали с одной стройки на другую. Никаких документов никто не оформлял. А когда приходило время расчета, рабочих отвозили на пустырь и наверняка избивали. Можно себе представить, какие деньги Конобеев и его подручные вроде Карташова и Милены зарабатывали. Покупают себе квартиры, делают евроремонт…

Ему захотелось все рассказать ребятам. Посоветоваться. А заодно задать несколько вопросов Свете. Главное, не обидеть ее. Она-то ни в чем не виновата.

- Хочешь, значит, знать, зачем я пригласила тебя к себе? - Голос Милены вернул его к действительности. - Объясню. Во-первых, я не поверила, что деньги нужны для школы. А во-вторых, в тебе есть что-то такое… настоящее, чего нет в других. Мне кажется, что ты смелый и сильный. Мне такие нравятся. Скажи, почему все-таки ты пришел к нам? Ведь на тебе джинсы, которые стоят целое состояние. У меня глаз наметанный…

А она не дура! Зато он сам - идиот! Притащился устраиваться на работу в джинсах, которые ему отец привез из Америки. Да и футболка хоть и старая, но фирменная. Да, такую Милену на мякине не проведешь!

- Ладно, я скажу тебе, зачем пришел. Хотел Светке помочь.

- Какой еще Светке?

Конобеевой. Ведь ее отца-то на самом деле похитили. И если он отдыхает, то не на Мальдивах или на Капри, а в другом месте. Ей звонили, предупреждали, чтобы она в милицию не обращалась. Вот я и решил действовать. Говоришь, ты с Конобеевым в хороших отношениях? Может, тогда поможешь найти его?

Милена, судя по всему, была поражена. Некоторое время она вообще не могла произнести ни слова. Но потом пришла в себя.

- А я все думаю, что это наш Леонид Викторович словно от всех прячется… И слова из него не вытянешь. Значит, он был в курсе? Ведь он - друг семьи.

- В тот же день пропала и жена Конобеева.

- Клара? Не может быть!

"Или она такая артистка, или же действительно ничего не знает?"

- Слушай, Сергей, я решила: буду помогать тебе во всем. И давно ты ищешь Михаила Александровича?

- Давно, - соврал Сергей. - Но пока все безрезультатно. Скажи, у него могли быть враги?

- Да запросто! Конкурирующие фирмы… Хотя это отпадает. И знаешь почему? Да потому, что хоть Конобеева сейчас нет, а заказы-то продолжают поступать, едва успеваем выполнять. Так что дела идут хорошо. Следовательно, конкурентами здесь и не пахнет.

- Значит, личные счеты?

- Может быть. Но кто? В семье у него вроде все благополучно.

- А "крыша"?

- Это понятие уже ушло в прошлое. Он сам был когда-то чьей-то "крышей", а потом начал делать деньги сам, открыл собственную фирму.

- Но все равно, с кем-то, может, не поделился?

- Если у него и есть враги, то только из низов.

- Кто это?

- Да рабочие, они на все способны. Особенно один…

- Кусачий, вроде Карташова?

- Да нет, по-другому. Тихомиров фамилия, он не приезжий, а москвич. С прежней работы его уволили из-за тяжелого, неуживчивого характера. Правдолюб. Я почему, собственно, о нем вспомнила? Он вообще-то уволился. Ждал-ждал, когда ему заплатят. А потом, словно предчувствуя что-то, взял да исчез. И ни слуху ни духу до сих пор.

- Когда это было?

- Где-то с неделю назад.

- И Конобеев примерно в это же время пропал. Чуть позже… У тебя есть адрес этого Тихомирова?

- Конечно!

- Вот и отлично. Завтра поеду к нему и постараюсь что-нибудь выяснить. А ты никому ничего не говори, хорошо?

- А ты классный парень… - Милена снова чмокнула его, только теперь уже в щеку. - Симпатичный.

Ну, я пойду… - Сергей, чувствуя, как горит его щека, поднялся из-за стола. - Ну, ты меня и обкормила. Как я теперь до дома доеду?

- На метро! - хохотнула Ми лена.

Сергей вернулся в штаб, когда на улице уже стемнело. Но в штабе царило оживление. Света, раскрасневшаяся от возбуждения, и не пыталась перекричать своих новых друзей. Речь шла о звонке Конобеева и о сообщении, которое он оставил на автоответчике.

Горностаев, которого буквально с порога завалили новостями, сначала ничего не мог понять.

- Представляешь, - спешил рассказать оживленный и сильно изменившийся за последнее время Сашка Дронов, - выходит, что Михаил Александрович звонил домой ОТСЮДА, из нашего штаба! Не веришь? Пойдем к Свете домой - ты сам убедишься, что номер телефона на определителе в точности совпадает с нашим.

Перебивая друг друга, ребята рассказывали Сергею о сумочке Валерии, о разорванных фотографиях…

Когда Сергей наконец во всем разобрался, он забыл даже про Ми лену и про то, что сам собирался поразить своих друзей. Его новости не шли ни в какое сравнение с их!

- Хорошо. Предлагаю всем замолчать и спокойно все обдумать! - строго сказал Горностаев.

Все-таки здесь, в детективном агентстве, он считался старшим, и кому, как не ему, надлежало привести все в порядок. В том числе мысли и чувства собравшихся.

- Итак, что мы имеем на сегодняшний день?

Сергей окинул всех взглядом и удовлетворенно кивнул. Он не ошибся в своих друзьях и теперь радовался, что расследование все же сдвинулось с мертвой точки.

- Твои родители, Светлана, живы. Они по очереди позвонили тебе и попытались успокоить. Это очень важно. Далее. Они не имели возможности сообщить, где находятся. Очевидно, на это есть свои причины. Никто за них не требует выкупа. Это настораживает, с одной стороны. Но с другой - тебе не придется метаться в поисках денег. Возникает вопрос: зачем вообще понадобилось похищать твоих родителей? Ответить мы пока не можем. К тому же нам неизвестно, связаны ли между собой эти похищения. В нашем расследовании неожиданно возникает еще одна линия, на первый взгляд, кажется, случайная. Пузырек приводит в штаб женщину, Валерию, которая утверждает, что ее собственный муж набросился на нее, избил, сорвал серьги… Лично я в эту историю не очень-то верю.

- Я тоже… - поддержала его Маша.

Так, продолжим все по порядку. Валерию взяла под свою опеку Людмила Николаевна. Казалось бы, все в порядке. Но тут вдруг неожиданно появляется сумочка. Наверняка ЕЕ сумочка. А в ней вот эти фотографии. По словам Светы, на них рядом с Валерией - ее отец! То есть тот самый человек, которого мы сейчас ищем. Вот две истории и соединились. Что это, простое совпадение или же нет? Вот в чем загадка.

- Надо срочно поехать к Людмиле Николаевне, встретиться с Валерией и показать ей эти снимки… - быстро проговорила Маша, не в силах больше молчать.

- И спросить Валерию, не знакома ли она с Михаилом Александровичем Конобеевым, так? - продолжил Горностаев.

- Так.

- Замечательно. Что мы имеем еще?

- Звонок моей мамы, - осторожно сказала Света.

- Именно! Твоя мама звонит, говорит, что жива и здорова, и обращается, кстати, не к отцу, а именно к тебе, Света. Ты не знаешь почему?

- Могу только догадываться. Я не хотела говорить… Дело в том, что у родителей в последнее время отношения были не очень-то… Отец постоянно упрекал маму за ее полноту. Она сильно расстраивалась. Вам это, может, покажется несерьезным, но мама плакала, покупала какие-то книги по диетам, но ничего не помогало. Она говорила, что находится в замкнутом круге и выход есть только один…

- Какой? - спросила Маша.

- Развод, какой же еще!

- Она что, могла уйти от отца?

- По-моему, могла. К этому все шло. Но она не могла же уйти от меня.

- Так она же позвонила тебе, чтобы ты не волновалась.

- Нет, моя мама не такой человек! Она же знает, как мне без нее плохо! - Света опять приготовилась плакать.

- Я все понял, - поспешил утешить ее Сергей. - Мама не ушла от тебя. Ее тоже похитили. И если бы у нее была возможность объяснить, где она и что с ней, она обязательно бы это сделала… Послушайте теперь, какие у меня есть новости.

И он принялся рассказывать о своем визите в офис Конобеева, о работе и даже встрече с Миленой. Свету больше всего поразил рассказ о рабочих, которым не платят зарплату.

- Ты что-нибудь слышала об этом? Твой отец никогда не рассказывал о пустыре?

- Нет, конечно. Мне что-то не верится, что он мог так поступить. Хотя…

- А в твоем присутствии он никогда не упоминал фамилию Тихомиров?

- Тихомиров? Подожди, сейчас вспомню… Что-то такое было. - Света наморщила лоб. - Тихомиров. Фамилия такая - тихая и мирная, а на самом деле в тихом омуте черти водятся.

- И все? Больше ничего?

- Я слышала, как он звонил Леониду Викторовичу и спрашивал, не вышел ли Тихомиров на работу. Вот и все, точно.

- А кто такой этот Тихомиров? - спросил Дронов.

- Один из рабочих, вроде бы с неуживчивым характером. Но о нем больше узнаем завтра, когда я попытаюсь его найти. А теперь давайте подумаем о звонке самого Михаила Александровича. Значит, говорите, что он звонил отсюда?

- Да, представляешь?! - воскликнула Маша, которой этот факт не давал покоя. - Но самое главное, что сегодня почти целый день в штабе никого не было.

- Маша, успокойся. Конобеева здесь не было. Это абсурд. И пусть Сашка на меня не обижается, но он ошибся. Он мог автоматически записать в блокноте телефон штаба. Такое со всеми случается.