Всего за 11.97 руб. Купить полную версию
— Смотрите-ка, неужели сегодня все ручки на чашках целы? — удивился булочник. — Что это с тобой, Миа, дорогая! — Он добродушно взглянул на жену. — Ты, наверное, была очень занята, что не успела разбить ни одной чашки?
Фру Лисандер весело рассмеялась и предложила фру Блюмквист сладкого пирога. Булочник погрузил свое пышное тело в садовое кресло и испытующе взглянул на дядю Эйнара.
— Тебе не скучно слоняться без дела? — спросил он.
— Не жалуюсь, — ответил дядя Эйнар. — Без работы я вполне могу обойтись. Вот только сплю плохо.
— Хочешь, я дам тебе снотворное? — спросила фру Лисандер. — У меня еще остались порошки, которые доктор прописал, когда у меня рука болела.
— А по мне, так работа лучше всякого снотворного, — заметил булочник.Встань-ка завтра в четыре утра, помоги мне в пекарне и следующую ночь будешь спать как убитый!
— Благодарю, я предпочитаю снотворное, — ответил дядя Эйнар.
Знаменитый сыщик Блюмквист, сидя рядом со своей мамой по другую сторону стола, подумал: «Есть еще хорошее средство от бессонницы — спокойно лежать в своей постели. А если шататься целыми ночами, то не удивительно, что сна нет. Но снотворное его угомонит!»
Андерс и Ева-Лотта уже покончили со своим кофе. Они сидели на газоне возле беседки и свистели в травинку, ужасно довольные пронзительными звуками, которые им удавалось извлекать. Калле как раз собирался к ним присоединиться. Свистеть в травинку он умел неподражаемо. Но в этот миг у него родилась идея — блестящая, остроумная идея, достойная знаменитого сыщика! Он сам себе кивнул. «Да-да, именно так я и сделаю!» Калле вскочил, сорвал травинку и торжествующе засвистел.
6
Конечно, затея была рискованная. Но сыщик должен рисковать! А не хочешь — лучше брось мечтать о профессии сыщика и становись продавцом горячих сосисок или кем-нибудь в этом роде. Калле не боялся, нет. Но волновался. Ох, как волновался!
Он завел будильник на два часа ночи. Как будто достаточно. Разумеется, трудно угадать, сколько времени должно пройти, пока подействует снотворное. Но уж в два-то часа дядя Эйнар должен спать без задних ног! И тогда Калле осуществит свой замысел. Потому что, если уж ты обнаружил наконец подозрительную личность, ты должен добыть отпечаток с ее пальца. Приметы, родимые пятна и всякое такое прочее неплохо, но ничто не идет в сравнение с настоящим, добротным отпечатком пальца!
Прежде чем залезть в постель, Калле напоследок выглянул наружу. Белые шторы в окне напротив медленно колыхались от вечернего ветерка. Там — дядя Эйнар. Может быть, как раз сейчас он принимает порошок и ложится спать. Калле в волнении потер руки. Это же совсем не трудно! Сколько они с Андерсом и Евой-Лоттой лазили по этой пожарной лестнице. Последний раз весной, когда на чердаке у Евы-Лотты устроили разбойничье логово. И уж если дядя Эйнар сумел вылезти в окно, то и Калле сумеет влезть.
«Итак, в два часа ночи, чтоб мне провалиться!»
Калле лег и мгновенно заснул. Но спал он беспокойно. Ему снилось, что дядя Эйнар гонится за ним по саду булочника. Калле бежал что есть мочи, но дядя Эйнар настигал его. Наконец он крепко схватил Калле за шиворот и сказал:
«Ты разве не знаешь, что все сыщики должны носить на хвостах пустые консервные банки, чтоб было слышно, когда они появляются?»
«Но ведь у меня нет хвоста», — оправдывался Калле.
«То есть как это — нет? А это что, по-твоему?»
Обернувшись, Калле увидел, что у него точно такой хвост, как у Туесе.
«То-то же», — сказал дядя Эйнар и привязал ему к хвосту консервную банку.
Калле сделал несколько скачков, и банка ужасающе задребезжала. Калле чувствовал, что вот-вот заплачет. Что скажут Андерс и Ева-Лотта, когда он явится с таким грохотом? Никогда больше он не сможет играть с ними.