Сквозь открытые двери в зал вошел Горин, быстро огляделся и наклонился к Тарасову.
- Финиш, Валерий?
- Да, командир. Я ради этих баранов ни свою башку не подставлю, ни парней не дам. Пошли они к черту, пусть Баркашов своих кидает в мясорубку.
- Да и он не торопится... Выходите спокойно, через восточную сторону. Оцепление пропустит, только оружие с собой пусть не волокут. Пойдем, я тебе ещё пару слов скажу.
Оба командира вышли, Тарасов вернулся через минуту, лицо его осунулось и помрачнело, голос зазвучал неестественно, словно он преодолевал внутреннюю боль.
- Ждать не будем. Последнее "прости" и расходимся. Сегодня же исчезайте из Москвы. Сразу же. Заскочили домой, переоделись и чем дальше от столицы, тем лучше.
Он присел к столу и быстрыми, сильными движениями дорезал ремень, потом поднял голову.
- Так сколько нас осталось? Восемь?
- Да...
Он отбросил кинжал, вытащил из кармана фломастер и быстро что-то чиркнул на куске кожи, потом спросил.
- Правофланговый?
- Я. - ответил Денис.
- Получи на память. Кто следующий по росту?
От окна ступил тонкий парень.
- Я.
- Значит, номер второй...
Денис глянул на кусок кожи, который зажимал в руке - на ворсистой его стороне было твердо выведено: "№ 1" и короткая роспись, различить в которой можно было только букву "Т".
Последним получил свой кусок кожи от ремня широкоплечий коротышка и Денис понял, что у него на этом символе минувших событий начертана цифра № 8 с росписью командира. Тарасов свернул остатки ремня с пряжкой в кольцо и засунул его себе в карман.
- Все, мужики. Оружие оботрите как следует, чтоб не оставалось отпечатков пальцев, валите все на стол и проделываем без паники самый главный боевой маневр - отступление.
Рукавом комбинезона Денис обтер свой автомат везде, где его касался и аккуратно положил на стул.
- За мной.
Следом за Тарасовым все вышли в коридор и долго бродили по переходам здания, Тарасов останавливался, заглядывал в кабинеты, перекидывался с невидимыми собеседниками непонятными словами, потом они прошли длинным подвальным коридором и оказались на воздухе. Где-то впереди виднелся парапет набережной, несколько армейских грузовиков перед ними и отдельные фигуры солдат.
- Идите между первой и второй машиной справа. - негромко сказал Тарасов. - Если будут останавливать - не убегайте. Пропустят. Помните, что я вам сказал. быть может когда встретимся. Сразу после оцепления - все в разные стороны, по одиночке. Домой и на отрыв. Правофланговый?
- Я. - ответил Денис.
- Принимай команду... Выводи дивизию из вражеского окружения.
Денис махнул рукой и все двинулись за ним следом неуверенной толпой. Фарид поравнялся с ним и зашагал рядом, слегка прихрамывая.
- Тебя что, в ногу ранили? - спросил Денис.
- Да так, колено зашиб.
Уже издали Денис увидел, как из желтого УАЗа синей полосой милицейского отличия, вышел армейский офицер, сделал несколько шагов, никакой команды не подал, и встал не на пути "отступающей дивизии", а чуть в стороне, не заграждая проход.
Денис пытался идти ровно, хотя боль в ноге становилась горячей.
Когда они поравнялись с офицером, тот прошипел громко и презрительно.
- Ш-шапана дристучая. К стенке бы вас поставить, солляков.
Но несколько солдат, стоявших в оцеплении, не сказали ничего, все были вооружены и лишь молча смотрели на проходивших мимом.
За линией оцепления они беспрепятственно дошли до набережной и в этот момент Дениса начало мутить, силуэты домов в темноте осенней ночи вдруг поплыли у него перед глазами и он с трудом переставлял ноги не зная куда бредет, пока не услышал взволнованный старческий голос.
- Мальчики, вы оттуда, из Белого дома?
- Оттуда, - ответил Фарид, оказавшийся рядом.
- Вы ранены, да?
- Умираем.