Им указали комнату, где располагался господин Дэдгар.
Они нашли его в маленькой комнатенке с грязными стенами сидящим за старым железным столом. На столе перед ним лежали блокнот и авторучка. В окно было видно здание где размещался банк данных ЭДС.
Аболхасан представил всех присутствующих. Сбоку от стола Дэдгара примостилась иранка по имени Нурбаш - его переводчица.
Все уселись на расшатанные металлические стулья. Подали чай. Дэдгар начал говорить на фарси. Голос его звучал мягко и шел из глубины, а взгляд ничего не выражал. Пол, пока ждал перевода, изучал его. Дэдгар - невысокий, приземистый мужчина лет за пятьдесят, чем-то напоминавший Полу Арчи Банкера. Лицо у него было смуглое с усами, волосы прикрывали лоб, как будто он пытался скрыть за ними свои мысли. Он носил очки и костюм однотонного невзрачного цвета.
Дэдгар кончил говорить, и Аболхасан перевел: "Он предупреждает вас, что вправе посадить вас под стражу, если найдет, что ваши ответы на вопросы его не удовлетворяют. Если вы не поняли всей важности предстоящего допроса, то, как он сказал, можете перенести его и дать возможность адвокатам оформить поручительство".
Пол очень удивился такому повороту, тем не менее, в момент оценил его, подобно тому как он быстро оценивал ситуацию и принимал деловые решения. "Ну что же, - подумал он про себя, - самое худшее, что может произойти, - это то, что он нам не поверит и арестует нас; но мы же не какие-то убийцы, и нас через двадцать четыре часа выпустят под залог, петом возьмут с нас подписку о невыезде, а мы встретимся со своими адвокатами и разрешим проблемы... которые вряд ли хуже нашего теперешнего положения".
Он взглянул на Билла:
- А ты что думаешь?
Билл пожал плечами:
- Гольц сказал, что это ничего не значащая встреча. Всякая ерунда насчет залога - простая формальность, что-то вроде зачтения твоих законных прав.
- Ну тогда давай, кончаем с этим.
Пол повернулся к госпоже Нурбаш:
- Пожалуйста, переведите господину Дэдгару, что мы не совершали никакого преступления и нам ничего не известно о ком-то другом, кто мог преступить закон. Вот почему мы знаем, что против нас не может быть выдвинуто никаких обвинений, и нам хотелось бы закруглить все это дело сегодня же и отправиться по домам.
Госпожа Нурбаш перевела его слова. Дэдгар сказал, что хотел бы задать вопросы Полу наедине. Билл может вернуться через часок. Билл вышел.
Он пошел в свой кабинет на седьмой этаж. Там поднял трубку, набрал номер "Бухареста" и попросил Ллойда Бриггса. Бриггс был третьим по старшинству после Пола и Билла.
- Дэдгар говорит, что вправе арестовать нас, - сказал Билл Бриггсу. Нам, возможно, понадобится залог. Позвони иранским адвокатам и узнай, что это значит.
- Будет сделано, - ответил Бриггс - А где вы сейчас?
- В своем офисе здесь, в министерстве.
- Я перезвоню.
Билл положил трубку и задумался. Мысль о том, что его могут арестовать, показалась ему нелепой - даже несмотря на широко распространенное взяточничество в Иране, корпорация ЭДС никогда не давала взяток за получение подрядов. А если все же взятки и давались за что-то, сам Билл никогда в этом не был замешан: в его обязанности входило выполнение заказов, а не выпрашивание этих заказов.
Бриггс позвонил через несколько минут.
- Вам беспокоиться об этом нечего, - сказал он. - Не далее как на прошлой неделе они освободили под залог в миллион с четвертью риалов человека, обвиняемого в убийстве.
Билл быстро пересчитал в уме. Получилось что-то около двадцати тысяч долларов. ЭДС могла бы оплатить такую сумму даже наличными. Вот уже несколько недель они держал крупные суммы денег наличными из-за забастовки банковских клерков и для нужд при эвакуации.