Всего за 229 руб. Купить полную версию
Что такое «кредит доверия»? спросила Мавис.
Да неважно. Думаю, это то, во что ты веришь. Давай дальше, сказал Фрэнсис.
«доверия. Мистер Уилсон, который, по-видимому, ранее, считал, что пораньше отправить сына спать лучшее средство от рассказывания баек про промокшие ноги, позволил ему встать и показать место событий. Но хотя мистер Уилсон поплескался в нескольких водоемах, он не увидел и не почувствовал никаких рук и не услышал никаких голосов, ни женского, ни какого-либо еще. Без сомнения, версия с тюленем является правильной. Белый тюлень стал бы ценным приобретением для города и, несомненно, привлек бы посетителей. Несколько лодок вышли в море, некоторые с сетями, некоторые с лесками. Мистер Карреррас, приезжий из Южной Америки, отправился в море с лассо, что в здешних широтах, конечно, в новинку».
Вот и все, прошептал Фрэнсис и взглянул на тетю Энид. Смотри, она спит.
Он поманил остальных, и все втиснулись в дальний от дремлющей тетушки конец купе.
Только послушайте, сказал Фрэнсис и хриплым шепотом прочел всю статью о русалке.
Знаете, заявил Бернард, очень надеюсь, что это тюлень. Я еще никогда не видел тюленя.
Надеюсь, ее поймают, сказала Кэтлин. Забавно увидеть настоящую живую русалку.
Если это и вправду живая русалка, очень надеюсь, что ее не поймают, отозвался Фрэнсис.
И я тоже, согласилась Мавис. Я уверена, что в неволе она умрет.
Но вот что я скажу: завтра первым же делом пойдем и поищем ее, предложил Фрэнсис. И задумчиво добавил: Наверное, Сабрина была кем-то вроде русалки.
Ты же знаешь у Сабрины нет хвоста, напомнила Кэтлин.
Главное в русалке не хвост, возразил Фрэнсис. Главное она может жить под водой. Если бы все дело было в хвосте, макрели были бы русалками.
А они, само собой, не русалки, поддакнула Кэтлин.
Мне бы хотелось, чтобы нам дали луки и стрелы вместо ведерок и лопаток, начал Бернард, тогда мы смогли бы поохотиться на тюленей
Или пострелять по русалкам, подхватила Кэтлин. Да, это было бы потрясающе.
Не успели Фрэнсис и Мавис заявить, как их потрясла мысль о стрельбе по русалкам, тетя Энид проснулась и забрала у них газету, потому что детям не годится читать газеты. Тетя относилась к тем людям, рядом с которыми никогда нельзя говорить о том, что тебя по-настоящему волнует, а значит, невозможно обсуждать ни тюленей, ни русалок. Похоже, лучше всего было читать «Эрика» и остальные книги. Нелегкое дело.
Но последние два замечания Бернарда и Кэтлин запали в головы старших детей. Вот почему, когда они добрались до Бичфилда, нашли маму и обрадовались ей, а тетя Энид неожиданно уехала тем же поездом к своим настоящим родственникам в Борнмут, Фрэнсис и Мавис больше не говорили малышам о русалках и тюленях, а просто открыто присоединились к хору, который радовался отъезду тети Энид.
А я думала, она все время будет с нами, сказала Кэтлин. О, мамочка, я так рада, что ее не будет!
Но почему? Разве тебе не нравится тетя Энид? Разве она не добрая?
Все четверо подумали о лопатках, ведерках и сетях для ловли креветок, об «Эрике», «Элси» и других книгах и сказали:
Добрая.
Тогда в чем же дело? спросила мама.
И дети ничего не смогли ответить. Иногда бывает ужасно трудно рассказать что-то своей маме, как бы сильно ты ее ни любил. Самое лучшее, что смог выдать Фрэнсис, это:
Ну понимаешь, мы к ней не привыкли.
А Кэтлин сказала:
Думаю, она не привыкла быть тетей. Но она была доброй.
И мама, будучи очень умной, больше не задавала вопросов. А еще она сразу отказалась от идеи пригласить тетю Энид погостить в Бичфилде на время каникул, и это прекрасно, потому что если бы тетя Энид не ушла из нашей истории именно сейчас, не было бы никакой истории, из которой можно было бы уйти. А так как теперь она покидает наше повествование, я скажу, что она считала себя очень доброй и имела самые благие намерения.
Фрэнсис и Мавис немного пошептались сразу после чая и еще немного перед сном, но тактично, и младшие этого не заметили.
Съемное жилье оказалось очень хорошим. Дом стоял немного в стороне от города никакая не вилла, чего все боялись. Наверное, хозяйка решила, что лучше назвать это виллой, хотя на самом деле в доме из сероватого дерева с красной черепичной крышей раньше жил мельник. Поодаль стояла старая мельница, тоже серая и красивая. Нынче ею пользовались не по назначению: в ней просто хранили рыболовные сети, тачки, старые кроличьи клетки, ульи, упряжь, всякий хлам и мешок с кормом для хозяйских кур. Еще там стоял огромный ларь с зерном (такому место в большой конюшне), валялось несколько сломанных стульев и старая деревянная колыбель, в которой не лежали младенцы с тех пор, как мать хозяйки была маленькой девочкой.