И тогда хси начали умирать — сотнями, а потом и тысячами. И остался на Зимморре только один их город. Туда бежали их предводители, прихватив с собой продуктов на многие столетия. И они окружили город защитой, которую не может преодолеть ни коот, ни робот.
— Но нас больше интересовала та новая и возбуждающая жизнь, которую дал нам Катен. Мы улетели к звездам. На многих мирах побывали кооты — и на вашем, давно, очень давно. Наши роботы создавали все лучшие машины и все более совершенные корабли. И так как мы можем проникнуть в мысли друг друга, жадность и злоба хси нас не коснулись.
— Если хси еще живы, то только в этом городе, который они построили в свои последние дни. Мы не осмеливаемся приближаться к нему, потому что там действуют силы, которые притягивают флаеры. И вокруг города невидимая стена, которую не может преодолеть ни один коот. Впрочем, нам и незачем туда ходить. Такова история твоего города, детеныш. И не очень это хорошая история, тебе не следует углубляться в нее.
— Эти хси — они были людьми? — спросил Джим.
Если кооты могли пожимать плечами, Тиро сделал бы этот жест.
— У них были две руки, голова, тело, похожее на ваше, — равнодушно ответил он, — и, может, мозг, подобный вашему.
— Но ты не знаешь, живы ли хси? — продолжал расспрашивать Джим.
— Это уже неважно. Но прошло много времени, и не думаю, чтобы даже дети детей их детей могли жить. Уже свыше четырехсот лет наши часовые не видят никаких признаков жизни. Но город живет…
— Как?
— Роботы не умирают, — ответил Тиро. — Роботы управляют последним городом. Его защита не нарушена. И нам по-прежнему опасно к ней приближаться. В прошлом, когда мы еще не понимали этого, пропали несколько флаеров со всеми коотами на борту; их притянуло к городу, и они не смогли вырваться. Больше мы о своих родичах ничего не слышали, никого из них не видели. Теперь запрещено приближаться к городу, но мы издалека показываем детенышам это древнее зло, как предупреждение.
Тиро встал, дернул хвостом.
— Видите, детеныши, у всего, чему вас учат, есть основания. Город — место тьмы и зла. Это последнее логово хси, и даже если они все мертвы, зло по-прежнему живет там. Поняли?
Элли Мэй энергично кивнула, Джим тоже — чуть позже.
Когда большие кооты ушли, Джим вытянулся на матраце, закрыл глаза — не для сна, а чтобы подумать. Ну и историю рассказал им Тиро! Одно она объясняет — как появились первые роботы. Кооты некоторым образом заимствовали их у хси, потому что у них самих не было рук, чтобы работать. Ясно, что Тиро не очень высокого мнения о хси, а Катена считает героем, потому что он привел назад корабль и принес знания, которые дали возможность его родичам построить все, чем они сейчас обладают. Но первыми это сделали хси. Хотя мозг у них устроен по-другому! А хси — это люди!
— Кооты очень умны. — Замечание Элли Мэй нарушило последовательность его мыслей. — Представь себе: один из них научился заставлять роботов делать все, что ему нужно.
— Но ведь корабль принадлежал человеку… — заметил Джим.
— Нет, он отдал его Катену, он хотел, чтобы у коотов были корабли, — быстро поправила его Элли Мэй. — Мне не нравятся эти древние хси, с их ядом и убийствами.
— Они испугались, — медленно ответил Джим. — Мне кажется, в испуге люди делают много такого, чего не стали бы делать обычно. Если бы у них была возможность успокоиться, они бы устыдились сделанного.
— Может быть. Но некоторые их них никогда не стыдятся, — резко ответила Элли Мэй. — Я знаю таких людей. И кооты совсем не хотели ими командовать, они хотели делиться.
— А правда ли это? — В сознании Джима возникло сомнение. Элли Мэй легко воспринимает способности коотов, она считает их правильными.