Всего за 279 руб. Купить полную версию
забыть.
а мы с тобой наверняка могли друг друга полюбить.
я узнаю в твоих шагах свои вчерашние следы.
но закрываю я глаза. я не хочу беды.
но украшает суета наш хрупкий праздничный полет.
и тем кто рядом не понять что всем приходам
свой черед.
и по дорогам будем мы шагать но в разных городах.
и будет жить звездой во мне то что можешь ты отдать
тому
с кем падаешь в небо
я помню все. держу в руках что не смогу теперь
забыть.
а мы с тобой наверняка могли друг друга полюбить.
я узнаю в твоих шагах свои вчерашние следы.
но закрываю я глаза. я не хочу беды.
уставшие глаза от войны
уставшие глаза от войны.
распухшие губы от слез и песка.
я тебе не спою я тебе не скажу
как пахнет порох на полях любви.
застрелился февраль на исходе зимы.
долго с привкусом меди рыдала труба.
март печально стоял у кирпичной стены.
он был уверен что это судьба.
надломанным тембром подаренным кем-то
кто тебя послал шпионить за мной?
ты не станешь моим любимым поэтом.
ты не станешь зовущим и ласковым светом.
ты останешься вечно ходить за моею спиной.
я понимаю что скоро ты будешь одна.
я никогда не отдам самых трепетных чувств.
будут тебя украшать новых лиц имена
к сломанным мачтам я никогда не вернусь.
март немного простужен и голос молчит.
ах зачем засорять эфир пустотой?
я снимаю пальто и ломаю свой щит.
я безоружен этой весной.
надломанным тембром подаренным кем-то
кто тебя послал шпионить за мной?
ты не станешь моим любимым поэтом.
ты не станешь зовущим и ласковым светом.
ты останешься вечно ходить за моею спиной.
я понимаю что скоро ты будешь одна.
я никогда не отдам самых трепетных чувств.
будут тебя украшать новых лиц имена
к сломанным мачтам я никогда не вернусь.
ремень
жизнь на тонких ногах.
день в голове застрял иглой.
плечи в кандалах
и смеется та что играет тобой.
но ей невдомек
что есть еще акварель.
она смешает палитру огня
и будет только ночью необходима постель.
и не будут резать грани бытия
и боль превратится в упругую тень.
и я тебе подарю ремень
из сыромятной кожи.
ты улыбнешься и скажешь:
«вот это броня!»
и я знаю что он тебе
понравиться должен.
он намного прочнее и крепче
он намного прочнее и крепче
он намного прочнее и крепче меня.
вертикальный подъем.
глаза той что далеко
грустят обо мне.
но разрушился дом
когда мы начали искать
любовь в вине.
и ей невдомек
что есть еще акварель.
она превратит палитру огня
в солнечный свет ночных фонарей.
и ночь тонкой тетивой звеня
будет выводить телефонную трель.
и я тебе подарю ремень
из сыромятной кожи.
ты улыбнешься и скажешь:
«вот это броня!»
и я знаю что он тебе
понравиться должен.
он намного прочнее и крепче
он намного прочнее и крепче
он намного прочнее и крепче меня.
когда горит свет
когда горит свет
и капли дождя
поют для той
которая спит.
и апрельский туман
нервы теребя
падает головой
на теплый гранит
пахнет гарью лесов
и теплой травой
я к тебе не иду:
в твоей квартире темно.
и мне трудно дышать.
и мне трудно бежать
я узнал мягкость губ.
я не боюсь ничего.
а на пропеллере сталь.
а в квартире моей
только пыль от вещей
не знавших уют.
мне уже хорошо:
я увидел окно.
и во вздохе ночном
твой последний салют.
paris
я
боюсь открыть лицо
пред тобой.
балласт
становится кольцом
логическим для нас.
тревожные черты со мной
но ты
мой праздник мой судья
приносишь боль пустых сомнений
и ненужность бытия.
и только жест
последний как арест
как выстрел воробья.
я
тобою дорожа
уже давно
хожу по лезвию ножа.
в объятьях темноты
готова умереть с тобой.
но ты
мой омут мой париж
не для меня построил город
не ко мне туда спешишь.
и только рта
глухая немота
как звон железных крыш.
мы
разлучены навек
теплом твоих ресниц
о мой любимый человек!
печальные кроты
уводят в темноту меня.
но ты
мой ветреный пират
не знаешь ты в чем для меня
твой гордый профиль виноват.
и только взгляд
последний твой
как в петлю головой.
завоюй меня
белые флаги на башнях моего города.
в городе моем пусто и холодно.
в светлой комнате давно идет дождь
хорошо что ты не идешь.
завоюй меня!
завоюй меня!
красные флаги на башнях моего старения.
тонкий вкус вечеров с попытками зрения.
но расстояний суть такова
что верность без тела мертва.
завоюй меня!
завоюй меня!
от первых шагов до последнего дня
от тепла до сгоревшего в пепле огня
завоюй меня!
черные флаги на башнях моей святости.
дерево вечной тоски без плодов и радости.
в пыльных окнах покинутый взгляд
асфальт без дороги назад.
а когда все флаги на башнях
станут темно-синими
мы с тобой улетим в небеса
тревожно-бессильные.
но если закончен путь без конца к чему
откровенность лица?
завоюй меня!
завоюй меня!
от первых шагов до последнего дня
от тепла до сгоревшего в пепле огня
завоюй меня!
юнкерская
кто-то тихо постучал. дверь открыл. вошел и сел.
я его не приглашал. он так просто прилетел.
скажи ему: «спасибо».
за окном его корабль наслаждался тишиной
он вернулся лишь затем чтобы взять меня с собой.
скажи ему: «не надо».
я давно лежу на дне.
мои мысли мутный дым.
сколько лет прошло с тех пор
когда я был молодым?
не нужно говорить.
да я знал что он придет. быть иначе не могло.
но он опоздал на жизнь. нам опять не повезло.
скажи ему: «бывает».
за окном его корабль был у осени в плену.
он давно ее искал и любил ее одну.
скажи ему: «удачи».
я давно лежу на дне.
мои мысли мутный дым.
сколько лет прошло с тех пор
когда я был молодым?
не нужно говорить.
и прозрачное тепло вдруг упало на ладонь.
он поднялся и ушел и не взял меня с собой.
спроси его: «куда?»
и корабль его унес на плечах осенний плен.
недосказанность любви оставляя мне взамен.
скажи мне: «навсегда».
я давно лежу на дне.
мои мысли мутный дым.
сколько лет прошло с тех пор
когда я был молодым?
не нужно говорить.
я люблю того кто не придет
я люблю того кто не придет.
кто не сядет пить чай за одним столом.
кто никогда никогда не приходил в мой дом.
я люблю того кто спит по ночам
опустив веки в ночную печаль.
дрожит фитиль его огня и гаснет в свете дня.
а мы с тобою уже далеко от земли.
ты умеешь летать. я умею любить.
ты любишь мечтать. а я люблю петь.
и наши страны давно стали одной.
наши войны давно превратились в парад.
ты так долго этого ждал. почему ты не рад?
медленный стук чужих шагов.
вечер не время для звонков и для врагов.
я недостаточно сильна.
давит всей тяжестью вина.
но не до дна.
я люблю того кто держит в руке
ключ от дверей что всегда на замке.