А эта, видишь ли, Алсу!
Лежали они в шикарном интиме, как вдруг раздался вой сирены и крики в мегафон.
– Тревога! Район заражен ртутью! Всем уходить!
Пал Василич проявил халатность. Надо было самому сообразить, куда бежать. Когда это путаны им командовали? Сообразил-то он уже потом, а перед лицом тревоги смалодушничал, согласился на задрипанную голубятню…
Эх, не надо было соглашаться! А куда? На квартиру городскую в этой ситуации никак нельзя – там Клёпа.
Кстати, насчёт Клёпы Пал Василич был не в курсе…
*****
Клёпа, она же Клава по документам, лежала в их супружеской постели не одна, а с типчиком. Кабы Пал-Василич мог проинтуичить, то и не угрызался бы.
Типчик был по паспорту Вадим и, к тому же, неплохой любовник. К тому же, суперразговорчивый.
– Ой, я забыл тебя спросить о самом главном!
Клёпочка поверила, что о самом главном, и повеселела.
– Спрашивай!
– Твои родители на даче?
Ну и вопросик. А с виду, вроде, не дебилл.
– Совсем отмороженый, что ли?
– Нет, ну, я думал… Большая девочка, прежде чем пригласить мальчика в гости, обязательно сплавит родителей куда-нибудь подальше… Как можно дальше!
Клёпа закурила.
– Мои родители в Челябинске…
– Ладно, не комплексуй! Я сам не очень коренной. Из Липецка. И родители мои там.
– А здесь у тебя кто?
– А здесь у меня дед. Крутой мужик! Большой начальник! Я при нём – вроде шестёрки…
– Да ну?
– Шестерю с утра до вечера. С перерывом на ночь…
– Так, значит, ты – шестёрка! Понятненько…
– А ты, значит, одна живёшь? Ур-р-а!!!
– Рано радуешься…
– А что, сейчас кто-то может прийти? Нарушить нашу идиллию?!
– Не нашу, а твою! Я лично буду рада, если он припрётся…
– Кто "он", если не секрет?
– "Кто-кто"… Скотина-муж… Пусть хоть немного поревнует… Думает, только ему можно… Если муж заявится – быстренько в шкаф!
– Ну, не-е-ет… Это неоригинально… Уж лучше я в окно!
Вадим подскочил к окну, но на подоконник не полез. Он ведь не Алсу. – Ё-ё-ё-ё… Это какой же у нас этажик… сегодня… А?
– Сегодня – пятнадцатый! – Ё-ё-ё!!!
Вадим поднял глаза и глянул в небо. Ему в лицо хохотнула Луна.
Клёпа тоже хохотнула. Она была по жизни истеричка.
Кстати, знакомиться он с ней не собирался. В тот вечер он к другой подруге ехал.
Уютный вечер и салат из крабов были обеспечены. Как вдруг…
Впереди обозначилась пробка. Вадим притормозил, но не совсем удачно. Его "пежо" врезался в бампер ярко-красной "шкоды". Оттуда-то и выскочила Клёпа – как кукушка из дедовых часов. Не только выскочила, но и, громко так, закуковала.
– Идиот! Времени много лишнего, да?! Давно с гаишниками не общался?!
Вадим на оскорбления не обращал внимания. Его достала Клёпочкина красота.
Говорить он не мог, мог только блеять.
– И-и-извините…
Клёпа явно ждала не этого.
– Сщас ка-а-ак врежу…
На самом деле она не замахнулась, а стала как-то странно улыбаться. Вадим ей тоже глянулся…
Потом они мирились в ресторане. Хохотали так, будто были смертельно пьяны.
Оркестр тоже хохотал, будто был смертельно рад за них. Клёпа сделала попытку перехохотать оркестр, но не получилось. Тогда она сама на танец напросилась.
Танец примирил их окончательно. Они, в итоге, даже познакомились.
– Слушай, я так и не спросил, как тебя зовут!
– Всё в порядке… Это я забыла познакомиться… Я – Клеопатра… В узком кругу – Клёпа… В ещё более узком – Клава… Ой, что я говорю!..
Такое Клёпа могла брякнуть только с оч-чень пьяных глаз. Её настоящее имя знали немногие.
– А как твоё имя, чудик?
– Я не чудик! И в имени моём нет ничего чудного! Я не Клёпа, а скромный Вадим…
Вот, как всё было. Вадим не виноват, что про мужа сразу не врубился. За что и был наказан перебежкой к подоконнику…
Клёпу отрезвил мобильник. Звонил супружник, Пал Василич.
Вадим продолжил стоять у окна – до выяснения дальнейших действий.