Может быть, всетаки, пойти к Памирскому тракту? Шансов будет больше!
Сам приказал идти в Файзабад.
Это нереально! Я доложу в Москву!
Докладывайте! Я Ему говорил, что это очень сложно. Но Он хочет выйти на человека, которому Он доверяет. Я тоже считаю, что уходить надо в Таджикистан.
Сколько Вы здесь?
Две недели. Тренировки здесь ничего не дают, кроме акклиматизации. Я эти места знаю наизусть, поэтому мне не сложно здесь ориентироваться. А там придется идти ночами и по незнакомой местности. Ваши панорамные снимки с земли я посмотрел. Так, примерно, представляю маршрут и ориентиры, но Может быть, стоит вернуться в Сухум и попробовать портал без дальней разведки? Просто узнать, куда выбросит? А вдруг, все, что мы делаемнапрасная трата времени и сил? Кстати, газеты свежие есть? Что там на фронтах?
Паулюс сдался! Триста тысяч пленных! Наши взяли Ростов и добивают группировку Гота. Освобожден Новороссийск, Анапа, бои у Крымской. Харьков взять не удалось, фронт остановился в 50 км от него.
Тогда запросите разрешение лететь в Москву. На этой волне нам могут разрешить попробовать портал.
По прилету в Москву, собрались все вместе: Сталин, Берия, Меркулов, Бирюков и мы с Полиной. Бирюков доложил свое мнение. Надо отметить, что он, практически, не волновался. Четко, довольно громко, расставляя акценты в нужных местах, показывая фотографии. Его выслушали молча.
Товарищ Горский! На какое число назначен 26 съезд?спросил Сталин.
Помоему, на 23 февраля. Плюсминус один день.
У нас времени: три недели! По докладу товарища Меркулова, неизвестные люди, управляющие сейчас СССР, находятся в КГБ СССР. Скорее всего, это Председатель КГБ товарищ Андропов и его заместитель товарищ Цвигун, ты его видел в Тбилиси. Границу охраняют их люди. Если попадете к ним, то операция не состоится. Требуется доставить два фильма, старшего сержанта Еременко и ее документы, несколько писем товарищам Устинову, Огаркову и Громыко. На последнем этапе подключить Пельше, Косыгина и Ахромеева. Обращаться к остальным запрещаю. На первом этапе стоит подключить командира 15 бригады Мосолова, так как он знает систему ОсНаз со времен войны, и сможет отличить настоящие документы от поддельных. Мы подготовили некоторые документы, которые требуется осветить во время съезда партии непосредственно участникам съезда. У Вас оборудование все готово, товарищ Горский?
Да, кроме глушителей на снайперскую винтовку. Требуется вернуть мне мое оружие, зеленые патроны к нему, ПБС и документы. Иначе неприятности у меня начнутся раньше, чем нужно.
Товарищ Берия! Есть возможность это выполнить?
Да, но патронов осталось 25 штук из сорока.
Что есть, этого достаточно. Товарищ Сталин, необходимо срочно опробовать портал на КлухорБаши, может оказаться, что он ведет ни туда. И еще, товарищ Сталин, я могу ознакомится с материалами, которые мы понесем?
Да, это необходимо сделать Вам обоим.
И, товарищи, Вам необходимо начать готовить пути отхода сразу, как Вы объявите о своем присутствии в 1981 году. Товарищ Горский, Вы меня понимаете?спросил Берия.
Да, товарищ Генеральный Комиссар. Это я хорошо себе представляю.
Так что, товарищи Горский и Еременко, идти придется в Файзабад. Подругому не получается.резюмировал Сталин.Вылетайте в Сухум. Не позднее 20го надо быть Файзабаде.
Глава VI
Мы прилетели Сухум и на машине нас забросили к Южному приюту. Там мы переоделись в пуховки и лешаки, присели на дорожку, и в ночь двинулись наверх на трех лошадях. На двух мы, одна вьючная. По дороге не разговаривали, и устали за день, и дорога тяжелая, да и снегу многовато висит сверху. Лошади здесь уже долго работают, дорогу знают хорошо. В нижнем лагере почти никого нет. Войска ушли вперед, осталось небольшое прикрытие группы. Тихомиров сидел внизу. Мы сличили, в учетом разницы во времени, когда оба портала работают. Оказалось всего 33 с половиной минуты. Тихомиров рекомендовал не увлекаться, и рассчитывать только на 30 минут ровно. Обговорили действия на завтра: подъем в 08.00, в 08.30 начало подъема, к 10.22 подойдем к порталу, в 11.22 начало окна. Я ухожу и возвращаюсь через 25 минут, если получится, максимум. А так: дохожу до входа, осмотр склона, проверка наличия надписи, оставленной экспедицией Бирюкова, и отход. Заодно проверим скорость восстановления портала после переноса. Ведь он же тратит энергию.
Да, должна быть пауза, чтобы накопить энергию. Будем наблюдать за этим. И будем готовы тебя принять обратно.
Мы подстелили второй спальник под себя, и легли спать. Нас разбудил дневальный, позавтракали и пошли наверх. Мороз стоял знатный! Вообще, эта зима на Кавказе очень холодная. Мы шли быстро, с верхней страховкой. Затем отдохнули у портала. С его появлением, проверили реакцию портала. Он, попрежнему теплый для нас, и холодный для Тихомирова. Он поставил на камень хронометр, включил приборы. Полина сидела рядом со мной, придерживая меня под руку, и наблюдала за приготовлениями.
Андрюша, только побыстрее, пожалуйста. Я здесь на нет изойду! Может быть вместе пойдем?
Завтра пойдем вместе. Вроде бы все предусмотрели.
Ты, как советовал Романец, кислородный прибор с собой взял?
Да, вот он.
Проверь оружие, все закрепи. Три минуты осталось. С рюкзаком помочь?
Сам.
Время!сказал Тихомиров.
Я, плечом вперед, толкнулся и вошел в портал. Полутьма. Пока ничего не вижу. Тихо, чтото капает. Запах кисловатый и писк летучих мышей. Впереди яркий свет. Делаю три шага вперед, и вижу ржавый гнутый ствол Витькиного пулемета! Подобрал его, осмотрел склон и гребень, никого не увидел. Очень много снега. Затем возвратился к порталу. Бирюков мне не сказал, что они написали у портала. Надпись нашел: «Е =МС квадрат, 1942». Умники! Послушал рацию, настроенную на волну Полины, только хрипы. Сделал несколько запросов. Отзыва нет. Попробовал портал: теплый. Повторил прыжок. В лицо ударил яркий свет, как полгода назад.
Здесь стрекочет кинокамера, Полинка бросилась на шею, Тихомиров от камеры сразу задает вопрос:
Удалось?
Показываю гнутый ствол. «Ура!». Чему, дураки, радуются? Задница у нас, полная. Но, Тихомиров уже присел и строчит донесение, зашифровал его, и, пока я пил кофе, отправил его в Москву. Через час обратная шифровка: «Приступить к исполнению операции «Горный стрелок». Подпись товарищ Иванов». Всем по фиг, что там лежит снег и не пройти. Действуйте, товарищ Горский! В принципе, у нас все готово: у Полины по образцу и подобию пошита наша форма. Немного отличается материал, а такпохожа на первые выпуски мабуты. Есть деньги в долларах, золотых рублях и сберкнижка на предъявителя в одной из московских сберкасс. Правда, неизвестно, сколько там сейчас денег, после двух реформ, но, цифра большая. Еды и сухого немецкого спирта на 10 суток, если экономить. Два Стечкина, один, правда, новодел, и патроны к друг другу не подходят, две СВД, они разные, у Полины она тяжелее, один ПБС и 25 патронов к нему, 4 монки, два радиовзрывателя. Патронов много не берем, бой нам принимать просто невозможно. Хорошие пуховки на гагачьем пуху, хорошие спальники, мы их уже попробовали на ТуюкСу. Но, только одна веревка: 50 метров. Это ладно, нам вершины не покорять. На КлухорБаши холодно и ветрено, поэтому спустились в нижний лагерь. Полина, видя, что у меня очень серьезное выражение лица, не задает вопросов, чтото стряпает, подгоняет разгрузку. Подошел Тихомиров, предложил выпить и расслабиться. Я на него посмотрел, как на идиота, он отошел в сторону. Затем снизу поднялся Бокерия, привез шифровку из Москвы от Берия и небольшой сверток, довольно тяжелый. Я расписался в получении. После этого, Гор передал конверт с письмами. Одно мне. Читать не стал. Будет еще время. Примерно догадываюсь, что там написано. Готов ужин, вчетвером садимся у костра. Горавия поднял свое домашнее красное вино, отказываться не совсем удобно, поэтому наливаем себе по стаканчику, и мусолим его до конца ужина. Но, он вопросов не задает. Утром поднялись наверх, и ушли в 81й. Я прошел первым и отошел в сторону: впервые наблюдаю проход со стороны. Через три минуты появилась Полина.
Не пускал две минуты 53 секунды. Затем потеплел. Но, меня подташнивает.
Резкое изменение высоты. Мы выше на почти два километра. На леденец с барбарисом. И садись вон туда.